Конечно, причалившие стали грешить на медведя, приготовили старенький дробовик, что имелся у матросика. Осмотрели избу, территорию вокруг, но тела не нашли. Посоветовавшись с рулевым баржи, в Нанлинь решили не возвращаться, производственный план превыше всего. Старшим являлся отнюдь не капитан, а одна из женщин.
На нее «варан» и набросился из кустов, когда они уже возвращались к барже.
Тварь, обликом и размерами похожая на толстого крокодила с удлиненными лапами, одним прыжком вымахнула на настил и одним движением челюстей перекусила старшую китаянку пополам. Не до конца перекусила, когда «варан» поворачивался к воде, верхняя половина туловища несчастной еще реагировала и хрипела через пузыри крови. Матросик выстрелил, причем один из стволов дал осечку. Тварь резко ударила хвостом, сбив наземь вторую женщину с переломами ребер, как позже выяснилось. Еще не чувствуя боли, та не стала дожидаться дальнейшего развития кошмарных событий и вмиг оказалась на борту. Матросик, крича от ужаса, просто упал с досок в воду, сильно ударившись головой о сваю.
На свою беду, в схватку решил вмешаться рулевой-моторист с большим топором в руках. Правда, поначалу он начал бой разумно, просто швырнув топор в голову чудовища со всего маху. И попал — обухом. Зверь тут же бросил нижнюю половину добычи и удрал бы, не приди в голову моториста мысль атаковать «варана» на берегу уже с багром. Но в ближнем бою у него шансов с таким оружием не было, «варан» двумя прыжками поменял диспозицию и подскочив, просто откусил мотористу голову… После чего, ухватив в огромные челюсти нижнюю часть начальницы, нырнул в воду.
Астапова чуть не стошнило булками и пирожными.
— Ли, но почему же все-таки баржа сразу не вернулась назад?
— Они все правильно сделали. Сами бы никуда не дошли. Через час встретились в нижнем течении с катером, идущим в поселок. Экипаж разделился и погнал баржу дальше. Работа есть работа…
Старик-тибетец приехал на моторке почти сразу и еще застал паренька в рассудке, услышал от него детали рассказа. Изрядно пострадавшая женщина-экспедитор видела гораздо меньше, с самого начала стараясь как можно быстрее спастись на борту, а на барже хлопнулась в обморок… Встречный катер, как и предполагалось, прошел точно по графику, его затормозили и отправили остатки и останки судовой бригады в Нанлинь. К этому времени матросик уже повредился умом и не мог более рассказать ничего связного.
— Ладно, давайте еще раз тут все осмотрим, но уже попристальней, — вздохнул Астапов понимая, что рассказ окончен.
Ли только головой кинул и достал из плечевой кобуры здоровенный шпалер. Олег машинально проверил свою пушку, заряженную как надо.
Улов оперативника был не велик. Одинокий, когда-то белый, а сейчас весь в бурых пятнах, женский тряпичный кед, валяющийся возле берегового настила, да большие пятна высохшей крови на досках. Все куски тел, конечно, китайцы собрали и увезли с собой. Что же, посмотрим на жилище погибшего отшельника… В избе был полный разгром… Неспешно фотографируя темное и тесное помещение, по которому словно Мамай прошел, Олег негромко окликнул тибетца:
— Вы тут что-нибудь брали? Вещи и предметы двигали?
— Нет, нет! — прижав руку к груди, скользкий старикан поклонился и тут же подозрительно умолк.
«Как же, знаю я вас, тундровых одиночек. Что-то притырил, конечно, и даже перевез в свою хибарку, где надежно припрятал, — тут же сообразил многоопытный лейтенант, — Ему всё на точке пригодится, хрен чего ценного бросит».
Он значительно взглянул на товарища Ли.
Тот лишь пожал худыми плечами, мол, что смотришь-то? Так у нас тут бывает. И тишина. И все. Цельный человек!
— Ладно, у меня к вам осталась еще пара вопросов, — продолжил свою дознавательскую деятельность Астапов, — уважаемый товарищ Ли, переведите мои слова как можно аккуратней, это весьма важно для расследования.
Тибетец, почтительно выслушав короткую тираду «особиста», еще раз поклонился, изображая беспредельное внимание.
— Скажите мне, это существо долго плыло по реке, они не заметили? Вам что-то рассказывали про это? Ведь наверняка кто-то же посмотрел ей вслед, — медленно, какой-то с тайной надеждой поинтересовался Астапов.
— Заметили! Они заметили! Чжун Чунмо сказал мне, что чудовище вылезло на другой берег примерно вон у того обрыва, где лед и летом не тает, — с готовностью сообщил старик, показывая грязным пальцем, каковым только что ковырял в ухе.
Олег с облегчением вздохнул. Уже лучше. Так оно и есть, точнее, так и было до последнего времени. Твари никогда не отходят далеко от места п р о я в л е н и я, хоть в этом мы стабильность имеем…
— Вы давно тут живете?
Дед кивнул.
— Хорошо. Скажите, нет ли на противоположном берегу поблизости какого-нибудь нагромождения камней или одинокой скалы?
Посмотрев сначала на «особиста», свидетель сообщил:
— Крупные камни там есть, но они почти все раскиданы и уложены почти по кругу, рядом с ними стоит деревянный идол. Этот старых людей работа.
«Старыми людьми» простые таймырские китайцы называли племена всех коренных аборигенов тундры, мол, «люди, давно живущие тут». Хорошо хоть так называли, в общем-то, уважительно, ведь до самого 1950 года в Китае для всех других национальностей использовалась приставка «хэ» — собака.
— Ладно, камни мы еще с вертолета снимем на местности, а сейчас приспустимся к тому берегу, — пробормотал Астапов, нанося на карту GPS-навигатора точные отметки. — Все, двигаемся назад. Этого дедушку эвакуируем, берем с собой.
— Зачем его забирать? А работа? — искренне удивился Ли, — После происшествия мы снабдили его хорошей полуавтоматической винтовкой.
— Винтовкой… Да затем, что… Калибр у нее не тот и патроны не годятся, пули не те! Тут другое оснащение нужно… Ли, вы поймите, его тут сожрут, как миску с лапшёй, просто поверьте. Все пояснения и рекомендации на итоговом совещании вам будут даны.
— Вы имеете в виду какое-то колдовство? — с интересом уточнил Ли.
…О, Великий Китай, мистическая страна с мистическими жителями! Все им привычно, ничего ни в диковинку. Страна Драконов. Что же, здесь все ясно, можно отчаливать. Когда экипаж «Меконга» уже были готов заводить двигатель и стартовать к Нанлиню, сторож-тибетец вдруг всполошился и чуть не сиганул в ледяную воду; переваливаясь через борт, он взволнованно показывал на берег и хлопал себя по лбу ладошкой настолько по-русски, что перевод не потребовался. Забыл что-то показать!
— Чего еще там? — устало спросил лейтенант.
— Там кровь, кровь чудовища! — быстро переводил Ли верещание сторожа, — Говорит, большая лужа в кустах. Механик ему голову поранил топором!
— Ох ты ж, ё…
«Большая лужа» хоть и оказалась крошечной лужицей, но ее содержимое было способно перевернуть многое. Кровь «варана» свертывалась медленно и первоначального вида почти не потеряла. Астапов только глянул, как сразу понял, почему так взволновался вспомнивший столь существенную деталь ландшафта старикан.
Кровь была светло-зеленого цвета!
Олег оглянулся на сопровождающего и в первый и последний раз увидел, как спокойный и сдержанный полицай растерянно хлопает карими глазами.
«Как дальше жить-то будем? — невесело вопросил себя Олег, чувствуя, как его сердце чекиста забилось на повышенной частоте. — Раньше в ходу были россказни про зеленых человечков из тарелочек, а теперь пойдут слухи про зеленых зверушек из кустов да речек».
Старик-тибетец уже убежал на берег и привязывал катер к прежнему месту.
— Любезный господин Ли… — распевно сказал почти успокоившийся Астапов, указывая на окошко хижины, — а несите-ка вы сюда какой-нибудь сосуд, банку… Пустую бутылку что ли… Будем, значится, анализы сдавать.
Все-таки интересно, насколько удивится Донцов?
Глава 7
Направление поисков
«Каждый год тысячи людей покидают свой дом всего на день, чтобы совершить небольшую прогулку, покататься на лыжах, поохотится или подышать свежим воздухом. Многие из этих нескольких тысяч получают травмы или погибают, будучи не подготовленными к встрече с возможной бедой. В любом случае добровольцы поисковых служб и сотрудники спасательных команд со всей страны самоотверженно ведут поиск, спасение и, к несчастью, очень часто обнаруживают уже останки пропавших людей, которых они даже не знали… Даже те, кто очень много времени проводит вне дома, часто становятся жертвой Матери Природы, но большинство этих жертв просто не подготовлены к встрече с трудностями внешнего мира».