Город Норильск привычно готовился к этим переменам.
Последние отпускники еще успевали разок-другой похвастаться на улицах города своими пестрыми нарядами из столичных магазинов, что бы вскоре упаковать их на антресоли. По настоящему теплая одежда и обувь извлекалась и приводилась в порядок в ожидании долгой полярной зимы — времени для жителей куда как менее динамичного, наполненного работой, скоротечными выходными, пургами и актировками для детей и взрослых «по погоде», новыми книгами и премьерами, ленивой подготовкой в фитнесс-центрах, редкими лыжами и… мечтами о летних путешествиях.
…Они всей компанией сидели на веранде роскошной островной усадьбы «графа Самохина» и терпеливо ждали появления на длинном дощатом столе фирменного шашлыка «по-карски». У мангала в ароматном дыму колдовал сам хозяин, в чем ему, по мере сил, помогала Анастасия, само появление которой тут ярко говорило об очередном изменении ритма жизни академика…
— Так что, Серега, у меня для тебя есть некий сюрприз, но я тебе попозже скажу, — дразнился Донцов, поворачиваясь к Сержанту. Теперь ему уже было можно отвлекаться от шахматной доски, за которой Квест одерживал вторую победу.
Майер недоуменно поглядел на него.
— Под настроение скажу, — утешительно добавил Андрей.
И он, недовольно поморщившись после очередного удачного хода своего вечного оппонента, попробовал перебить настроение госпожи Фортуны, заявив нарочито бодрым голосом:
— Ребята, а не пора ли нам махнуть по стаканчику лафиту? А, доктор?
Сержант оживился и сразу поддержал эту свежую идею, отложив пульт маленького дачного телевизора в сторону. Но программу вечерних новостей не выключил, не нагляделся еще, бедолага, впитывал цивилизацию с ее пагубными ежедневными сенсациями…
— А что? Очень своевременное предложение майор сделал! Щас уже и шашлычки прибудут, потом и не проберет ведь… Ох, друзья, как же я по дымному мяску соскучился! Игорь, ты с нами?
На секунду отодвинув от лица и книгу, и любимую бриаровую трубку, Лапин молча кивнул из кресла-качалки.
— Дима? А ты в струе? — поинтересовался Майер у гроссмейстера, уже поднявшись за приборами.
— Отвлечь мастера хотите? Сбить настроение? Это его не спасет… Ладно, давайте выпьем за мою победу, — невозмутимо сказал Квест, заранее отмахиваясь от энергичных донцовских возражений.
Довольно кивнув, Сержант разлил должный норматив, потом глянул вниз на суету вокруг мангала и, поняв, что, что сладкую парочку от мяса отвлекать категорически нельзя, перегнулся через перила:
— Лейтенант, сделайте милость, примите объемы!
Настя, вытерев руки, осторожно взяла протянутые длинные стаканы.
Андрей Донцов торжественно встал и, убедившись в полной готовности сообщества, спросил у всех сразу:
— За что пьем, господа?
И тут Игорь Лапин, никогда прежде не отличавшийся тостовыми инициативами, а наоборот, всячески бойкотировавший на всех застольях призывы к речам с его стороны, чуть приподнялся из кресла и тихо попросил:
— Секунду, ребята. Можно, я сейчас небольшой отрывок зачитаю?
Все удивленно замолчали, лишь треск углей в мангале и далекий гул машин на трассе заполняли вечерний эфир…
Волнуясь, Игорь начал читать:
— «…У Фёдора Ивановича был деревянный детский кораблик. Он привёз его из Арктики, с острова Гейберга. Где-то мальчишки выточили кораблик, приделали ему стальную планку вместо киля, укрепили мачты, натянули парус и пустили в реку и, наверное, назвали его как-нибудь легко и смело: «Свобода» или «Орёл». Кораблик долго плыл по речкам, тыкался носом в отмели, разговаривал с камышами над тихими плёсами, потом плыл дальше, оставив на слабом речном песке узкий след своего киля… Река вынесла его в море, берега скрылись, волны делались всё больше, но кораблик весело прыгал на них, он был лёгок и крепок, его дерево впускало в себя воду неохотно: смола, пропитавшая дерево, воевала с водой. Кораблик плыл и плыл… Потом море остановилось совсем, и уже никакой ветер не мог разогнать по нему волны. Кораблик глубоко вмёрз в зелёный и солёный лёд и спокойно заснул на всю зиму… Потом море растаяло, кораблик проснулся, поплыл дальше, и его выкинуло на дикие берега острова Гейберга. Здесь уже лежало много плавника — коряг, брёвен, досок, разбитых бочонков, аварийных судовых клиньев. И он застрял вместе с ними в скалах острова Гейберга. Юркие лемминги смотрели на него удивленно и радостно. Маленькие лемминги почему-то на всё в мире смотрят радостно. Им, крохотным тундровым мышам, очень немного достаётся любопытного в жизни. Поэтому они умеют радоваться всему».
И добавил, как бы извиняясь за свою эмоциональность:
— Только что у Конецкого прочитал и зацепило, сам не знаю, почему… То ли островная тема, то ли просто добрая романтика. Кто как понимает. А тост уж пусть кто-нибудь другой скажет.
Тишину нарушил рев Самохина, громко объявившего:
— Под такую тему и мы сейчас наверх прибежим! Три секунды!
Все стали подниматься с кресел и шумно подтягиваться поближе к ступенькам в ожидании кулинаров. Воспользовавшись короткой паузой, возникшей из-за легкой сутолоки, Андрей Донцов подошел вплотную к безмятежному Майеру и неожиданно для него тихо произнес на ухо:
— Значит, так. Мисс Виктория Клэннед приезжает через месяц в славный город Норильск. Якобы для анализа нашего «случая», обмена накопленным опытом и прочее там бла-бла-бла… На самом же деле причина иная — международный Антипиратский центр надумал здесь, на Таймыре целый филиал создавать… Северный, для контролирования всей Арктики. Вот так вот. Дожили. Прогнозируют, между прочим, прорву работы, типуны бы им на язык гроздьями…
И, не дав другу возможности отреагировать вербально, он отошел к остальным, оставив бедного Майера с открытым ртом…
Сержант выстоял на ногах, справился с языком, но не справился с эмоциями:
— Други мои! Давайте выпьем еще и за мой сон! Я опять увидел Остров… Первый раз в жизни полез в сонник Миллера и прочитал, что «увидеть остров — означает обрести покой, свободу и заслуженную благодарность после многих усилий и тревог», — сказал он настолько вдохновенно, что чуть у самого слеза не покатилась.
И началось.
— За новые острова! Хурррагх!
— За авантюристов! Нацепим шпаги потускневшие!
— За удачные встречи! Но… para bellum!
— За тех, кто в пути!
Они выпили стоя, легко и радостно, негласно закрывая очередной сезон необычайных дел, событий и поступков. Потом сидели, громко говорили и тихо вспоминали, врали и верили на слово, мечтали и надеялись, планировали будущие авантюры и сами же сомневались в их успешности, спорили и тут же предлагали еще более авантюрные планы…
В общем, они вели себя так, как и положено себя вести в компании закоренелых искателей приключений… Да они ведь все и были таковыми! Нормальные люди, живущие на макушке глобуса, преданные Северу непоседы, страстно любящие Приключение.
Как и мы с вами, Читатель…
Не так ли?
ОАЗИС. ВТОРЖЕНИЕ НА ТАЙМЫР
ТРЕТЬЯ КНИГА ТРИЛОГИИ
* * *
ОТ АВТОРА
Давно замечено — слухи и мифы без фактов не живут. Надеюсь, что после ознакомления с трилогией «Таймыр» у многих добавится желания рассказать не только о слухах, но и о пережитом лично. Завершая этой книгой трилогию, посвящаю ее моим деткам Софии и Валентину, которым в будущем и достанется этот величественный Заполярный Мир.
«Но даже если откинуть сверхъестественные свойства, в земном облике этого чудовища, в его необоримом норове остается достаточно силы, чтобы потрясти человеческое воображение».
(Герман Мелвилл. «Моби Дик, или Белый Кит»).
«Жизнь хороша уже потому, что можно путешествовать»
(Н. Пржевальский).
Пролог
Сейчас уже невозможно сказать, когда началась цепочка этих кошмарных событий.