Как утверждает сам конструктор, обреченный враг может обстрелять несущийся на него «Москит» всего один раз, на повтор времени не будет… И если даже самый современный и защищенный американский корабль атакуют сразу три-четыре «Москита», он успеет сбить только одну…
Командир «Минетонки» об этом отлично знал.
И Донцов к этому знанию приобщился, с большим удовольствием выслушав лекцию кэпа.
— Эта ракета дьявольски умна. Ее компьютер сам ищет цель среди множества, выбирая по заданным параметрам. То есть, если уж ей приказано влететь в авианосец, то она проигнорирует все остальные цели с меньшими размерами. Она дополнительно наводится и на работу локатора жертвы. Врезаясь в нее на двух с половиной скоростях звука, эта махина весом почти в четыре тонны способна прошить броневой пояс линкора и взорваться внутри. Впрочем, почти все американские корабли имеют только легкую защиту, и «москит» входит в нее, словно пуля в сало. Полторы сотни кил кило взрывчатки!
— А как же модернизированная версия их противокорабельной ракеты «Гарпун»? — поддержал огонь Донцов, — Янки преподносят ее как лучшую на планете.
— Чушь, — отрезал Исхаков, — в сравнении с «Москитом» их «пугало» — что старинный карамультук перед «калашом». Их главный технотриллерный певец Том Клэнси, описывая поединок русского и американского флотов в своем «Красном шторме», ни словом не упоминает о наших «Москитах». Иначе бы у него и сюжет не склеился. Читал?
— Читал. Убедили, — охотно сдался Донцов.
— Вот… — сразу успокоился капитан, — Мы имеем ракетное вооружение, равное эсминцу первого ранга. При этом габариты «Кунашира» и количество экипажа значительно меньше. Значит, он менее уязвим, а содержание его обходится дешевле.
Донцов еще немного постоял в рубке, а потом решил отправиться в каюту, отдохнуть. Но перед этим уточнил последний срок:
— Когда подойдем к этому Диезу?
— Расчетное время — одиннадцать часов завтрашнего дня, ответил кэп, бросив взгляд на плоский монитор суммарного терминала.
— Пойду я, своих проверю…
Под «своими» Андрей подразумевал бойцов двух отделений спецназа «егерей», которое перебросили Ил-76-м во Владивосток, а потом на борт «Кунашира», где их и придали кораблю для выполнения оперативных «береговых» задач, читай — для осуществления диверсионных операций. В прямое Донцовское подчинение.
Несмотря на компактные размеры РКВП, на нем было около двухсот различных помещений, отсеков, кают, рубок и кубриков. Командира сводной группы на месте не было, и Донцов нашел его только в ПЭЖ, посту энергетики и живучести, где он резался в нарды с инженером-механиком, повернувшемуся бочком к пульту управления. Вместе пошли к группе. Хоть и согласовывать-то с опытным лейтенантом-спецназером, в общем-то, было нечего… Все уже обсудили-перетерли. Но и мандраж перед ответственной боевой операцией был немалый. Они с лейтенантом опасались не за исход возможных стычек, а за перспективную информацию, кою еще только предстояло получить. Но где ее получить? И от кого? Грубо говоря, кого можно будет безбоязненно валить, а кто нужен непременно живым? При решении этой задачи и начнется самое сложное…
Найти эту тайную базу (а данные, полученные после радиопереговоров с Сержантом, обнадеживали) и прихлопнуть ее, как чугунной крышкой, для такой техники, как «Кунашир» — дело нехитрое, для того боевой катамаран и держали. Но… Это в России, зная обычаи, традиции и ментальность людскую, довольно легко понять иерархию и подчиненность криминальных группировок, оперативно решить степень важности и нужности участников. А тут, на краю киплинговских земель? В этой вотчине «триад» и «береговых братств», опекаемых то террористами, то иностранными спецслужбами, разобраться с этим было куда как сложнее… Пиратских баз наверняка несколько. Тем более важно учесть следующее — мало разгромить найденное осиное гнездо, группе было ну очень желательно прихватить «живаком» кого-нибудь знающего. То есть, человека, способного рассказать и о других точках базирования в регионе, а еще лучше — о самой опасной, в данной ситуации, ветви пиратского синдиката — северной.
Правда, капитан Исхаков, всегда живо участвующий в вечерних обсуждениях боевых перспектив, совершенно резонно посоветовал им поступить так:
— Слушайте в два уха, с намеком буду говорить. Главное, вы там, на пиратском бережку, всех встречных белых людей сходу не гасите. Остальных — пожалуйста, на здоровьице. А из живых белых кто-нибудь с российскими корешками всяко окажется, еще помяните мое мудрое стариковское слово.
Корешки… Причем, таймырские. В этом-то и была основная цель командировки. Именно поэтому и был послан Донцов сперва на Тихий океан, а потом уже и в знойную Камрань, когда появилась первая информация по Майеру… Как Андрей сам понимал — он осуществлял еще и своеобразный «сдерживающий момент». Ведь мореманы «Кунашира», не по своей вине прошляпившие пиратов, готовы были от досады разнести по молекулам любой встречный остров — просто от нереализованной в бою злости! Даром что ли, тренировались, тактический опыт накапливали? Теперь только дай «волкодавам» волю. Потопят к чертовой матери, да и весь сказ.
Как они торопились! Молнией летали в проверке подозрительных слухов. Хорошо, что согласились помочь корейцы. Потом отправились на место пропажи «Орландо Сантоса» с грузом редкоземельных, а это был уже почти север Южно-Китайского моря. Тот еще анекдот — судно под монгольским флагом! Уже и у не имеющей портов Монголии есть свой флот! Монголы низкими ставками и тарифами стимулировали спрос и не ошиблись. Спрос был. Монгольского флага никто не стеснялся, чего не сделаешь ради практики получения выгодных фрахтов. Вот тебе и сэкономили…
Попутно отрабатывали схемы и проверяли многое, ведь «Кунаширу» впереди предстояло много работы. Нарастающий вал поставок сырья с Таймыра и Якутии обещал этим трассам целые караваны с Севера. Всей Юго-Восточной Азии была остро нужна и нефть Ванкорского, Авамского и Игаркского месторождений, графиты и ювелирный хризолит, свинец и цинк, цветные металлы чуть не всей таблицы Менделеева, медный прокат, порошковая и кабельная продукция. Возить, не перевозить… И все — в экваториальную зону подбрюшья Китая, ныне главный перерабатывающий центр мировой легкой промышленности.
А тут, как выясняется, и волчьи стаи стоят наготове! Да не просто наготове, — уже на дальних подходах караулят, шакалы!
И ведь противник даже не прятался особенно, вот что было страшно!
Экипаж «Кунашира» еще на подходе» к пиратской зоне, проливу, разделявшему китайский остров Ланьюй от группы филиппинских островов Батан, увидел вылетевшую из за далекого мыса группу из трех катеров, стремительно приближающихся к идущему на малой скорости РКВП. Через некоторое время силуэты выросли настолько, что можно было опознать огромные, какие-то двухэтажные надувные лодки с жестким днищем.
— Вот, любуйтесь, господин Донцов, «береговые братья» во всей флибустьерской красе, — спокойно сказал Исхаков, пристально рассматривая пришельцев в бинокль. Стоящий рядом штурман снимал катера на цифровую камеру, копил материал.
— А может, это просто сугубо местные рыбаки? — наивно спросил Донцов.
— Рыбаки! Ну да! — чуть не расхохотались в ответ морские волки, — Да эти чуть ли не двухпалубные спецназовские «Бумерангеры» стоят столько же, сколько все эти деревеньки по берегам не зарабатывают и за год!
— А чего они хотят? — поинтересовался Андрей, глядя на блики оптики, сверкающие по бортам надувных монстров.
— Это просто разведка, заочное знакомство, — коротко пояснил кэп, — сейчас они нас запечатлеют, и в ближайшее время все окрестные острова и проливы будут знать наш строгий, но гордый силуэт. Ведь российские корабли тут еще в диковинку! Поэтому за нашей базой в Камрани они особо пристально присматривают, прикидывают, чего им от нас ждать… — нажав тангенту бортовой радиосвязи, Исхаков отдал приказ командиру кормовой артиллерийской установки: