Впереди было препятствие, авария либо иное ЧП.
Выйдя на левый борт, и бегло оглянув горизонт, Игорь поначалу не заметил ничего необычного. Темная вода, ледовые поля вдалеке и прилично увеличившиеся в размерах острова Гейберга. Он оглянулся на крылья мостика. Старпом стоял на левом крыле, и что-то эмоционально говорил двум людям, стоявшим рядом. Достаточно нервно и порывисто манипулировал руками. Было видно, что он сильно раздражен. Временами старпом поглядывал в большой морской бинокль и вновь принимался размахивать руками, помогая себе материться. И только тогда, проследив по направлению руки начальства, Игорь легко заметил черное вздутие на воде, лежащее почти прямо по курсу сухогруза. Чуть в стороне по ходу «Хараелаха» на воде распласталась огромная распластанная туша подводной лодки! Покатая раздутая рубка, шпили антенн и перископов.
Субмарина безжизненно лежала на поверхности воды, даже не покачиваясь — размеры позволяли ей не обращать внимание на мелкую зыбь. Лодка (кто только слово такое придумал для этой махины!) одновременно индуцировала агрессию, уверенность и страх. Уверенность в собственной мощи. Это для своих. А страх — для парней с соседней улицы… Собственно, для того она и была создана.
— От, дают, гады! Охренели вояки совсем! Никакой управы… Это все московские штучки, — без всякой мотивации, но веско заявил голос за спиной. — Ух и моща, однако!.. — говоривший зло щелкнул пальцами, громко и сочно.
Лапин узнал голос боцмана, довольно молодого здорового парняги двухметрового роста, обрадовался присутствию знающего опытного человека и спросил:
— А что это значит? Случилось что-то?
— Сейчас узнаем… Наверное, ничего ахового не случилось. А вот если в этом районе Федерация решила стрельбы проводить, или что-то секретное замыслила, то нам маршрут точно срежут! В лучшем случае, тормознут нас тут. Паразиты. — Боцман ответствовал солидно, но перед этим картинно сплюнул за борт, точнее, сделал вид, что сплюнул. Настоящий моряк.
Тем временем народу на палубе заметно прибавилось.
Появились бинокли, нарастал гул разговоров, одновременно повышалась тональность мнений. Как бы узнать поточней? Лапин не был вхож в круг руководителей сухогруза, и напрямую обращаться к начальству с вопросами не решался. Вот если Валеру спросить… Но поди, отвлеки его сейчас от дела! Игорь вспомнил и про свой бинокль — компактный «Бушнелл», лежащий в нагрудном кармане.
Так, вот лодка… какие-то люки… рубка… вот это рубка! Сюрреалистический дом-обсерватория на горной подошве! А это что? Лапин увидел, как на вершине высоченной рубки размером с дом появилось несколько фигур, и только тогда стали очевидны размеры этого подводного чудовища! Да это атомоход! И что ему тут надо?
— Игорь, пойдем быстро, срочное дело есть! — неизвестно откуда вынырнувший Валера настойчиво тянул его за рукав.
— Что случилось? — выдохнул Лапин, уже словивший легкую адреналиновую дрожь.
— Глушат нас, — буркнул Валера, направляясь к рубке, — у меня ни одно устройство не пашет. Помехи валят такие, что чайник без розетки воду вскипятит. Все частоты забили, сволочи!
— Постой… Ты хочешь сказать, что эта подлодка и глушит аппаратуру «Хараелаха»?
— А кто же еще!? — удивился непониманию очевидного Валера, — что тут сложного? Им это — раз плюнуть!
Кому им? Они уже поднимались по крутому боковому трапу, когда навстречу им вылетел взъерошенный старпом, быстро кивнув Лапину, сразу развернул его за плечо к себе, составив, таким образом смену конвоирующему радисту и тут же, сходу поставил идиотскую боевую задачу:
— Так! Товарищ Лапин, тут вот такое дело… У вас есть какое-нибудь средство связи типа автономного спутникового телефона? Или еще чего? Чтобы частота передачи сразу не ловилась?
Неуверенно пытаясь освободиться, Игорь произнес, искренне желая внести хоть какую-то ясность в происходящее:
— Да что происходит? Вы мне разъясните ситуацию! Тогда можно будет что-то делать и думать. Что от меня требуется?
— Требуется с берегом связаться, и как можно быстрей! — старпом явно не привык к неповиновению в любой форме и откровенно психовал. — Вы можете наладить связь с Диксоном?
В это время из рубки вылетел морячок, наверное, вахтенный, и заорал на весь коридор высоким голосом:
— Михал Кастантиныч! Вас капитан срочно к себе вызывает! Говорит, никаких действий пока не предпринимать!
— Тьфу ты, черт… Будьте здесь, я сейчас выйду! — с этими словами старпом лесной ланью скакнул наверх и исчез за дверью судовой рубки. Еще и оглянуться успел тяжелым взглядом — попробуй, мол, скройся…
Игорь молча посмотрел на Валеру. Тот пожал плечами, отвернулся к морю и тут же махнул рукой в направлении субмарины:
— Смотри сам.
Экипаж атомохода тем временем слаженно спускал на воду три черные надувные лодки с жестким килем, типа той, что мирно лежала на корме, украшая гору снаряжения полярного радиста. Цепочка людей стояла на обшивке, ожидая очереди на посадку. Самое нерадостное было то, что все они были вооружены.
— Блин, во дела! Нет, так не пойдет… Надо всю эту хрень прояснить. Я сейчас! — С этими словами Валера тоже скрылся в рубке, оставив Игоря одного.
Игорь посмотрел вниз. Члены экипажа, что собрались под ним на палубе, тесно обступили боцмана, а тот их, похоже, тщательно инструктировал, для чего-то взяв в руку нелепый пожарный топор красного цвета. Охрана стояла отдельно.
Три десантные лодки субмарины уже были укомплектованы вооруженной группой в черных комбинезонах. На данный момент времени подводная лодка и сухогруз находились уже совсем рядом друг от друга.
Крэк! Жестко хлопнула дверь, и из рубки вышел невысокий пожилой капитан «Хараелаха», которого Лапин видел всего второй раз в жизни. Не замечая Игоря, он быстро пошел вниз, явно собираясь спуститься на палубу. За ним торопился старпом, старавшийся успевать что-то шептать своему командиру на ухо, и еще два человека в военизированной униформе, должностей которых Лапин не знал — тоже ребята из группы охраны. Последним из рубки выскочил взъерошенный Валера. Он поравнялся с прижавшимся к стене Игорем и уныло сказал:
— Приказ таков — со связью не экспериментировать, в эфир не выходить! Они все частоты «чешут», твою мать… Предупредили старика. Строго. В общем, наш кэп любую самодеятельность запретил! Так что, твоя помощь уже не понадобиться. Теперь мы просто овцы…
— Да кто там чего «чешет»!? Хрена ли ты загадками говоришь! — уже помаленьку теряя самообладание от непонимания происходящего, спросил Лапин.
— Кто-кто… Пираты, мать их! — невесело буркнул радист после торопливой первой затяжки.
— Да ну, ты гонишь… Какие тут пираты!?
— Да вот эти, с атомохода. Блин! Вот уж не думал я, что доведется в такой переплет попасть! Черт знает что творится! Это Карское море или Карибское?
До Лапина с трудом доходило сказанное.
Согласитесь, очень непросто поверить в реальность воплощения персонажей из книг нежной юности… Тут Крайний Север, высокоширотными экспедициями веет, историей покорения Арктики и, — на тебе, вместо Папанина и Кренкеля флибустьеры двадцать первого века! Живьем.
— Так, пойдем к рациям! Что-нибудь вместе сообразим, пакетом отправим, электронной почтой… — Игорь засуетился, стремительно обдумывая техническую сторону своего предложения.
— Да брось ты! Куда мы пойдем… Как бы нам всем на дно не пойти! В таких ситуациях инициатива одна — тщательно выполнять приказ командиров и начальников.
— А мне-то что делать? — растерялся Лапин.
— Тебе… — Валера на секунду задумался, пристально глядя в ему глаза, — Иди-ка ты… к своим тюкам и сиди тихонько там. Только я прошу тебя, как лично отвечающий за твою ценную персону, сам ничего не предпринимай, и не возникай чертом из табакерки! Кэп сам все тут разрулит.
«Разрулит он… Как же. А сопровождение где? Такие ценности тащите, а охраны нет…» — подумал про себя Игорь, но вслух сказал:
— До ладно… Запугал насмерть. Не волнуйся, я что, круто выгляжу?