– Да, я должен тебе кое-что сказать. – Джирран пошел за ним из ущелья к груде мешков.
Тейриол и остальные посмотрели друг на друга с опасением и одновременно с надеждой.
– Там есть еще фляга виски, – обернувшись, крикнул Джирран, – только смешайте его, чтоб не было слишком крепким, не то уснете спьяну и ни на что не будете годны!
Смех эхом прокатился по ущелью, и Джирран усмехнулся. Но, повернувшись к Кейсилу, он согнал улыбку с губ.
– Ты нужен мне там, в фессе.
Кейсил сел на пыльный мешок руды, ковыряя грязь на залатанных кожаных штанах.
– Мне плевать. Я работаю здесь.
– А я работаю дома, – огрызнулся Джирран, – с Аритейн.
– Я же сказал, что не желаю иметь ничего общего с твоими интригами, – отрубил Кейсил. – И мне не нравится, что твоя сестра мучает Эйриз. Я застал ее в судомойне, бедняжка горько рыдала, терзаясь, что бесплодна!
– Вини свою мамашу. Кто ведет эти разговоры о проблемах Илгар с разведением того рыжего скота? Кто спрашивает, бык виноват или телка? Она, твоя мамаша! Если какие-то Шелтий должны задавать вопросы о моем орудии, то пусть это делает моя родственница.
– Но она тебе не родственница с тех самых пор, как Шелтий забрали ее, – взорвался Кейсил. – Ты идиот, Джирран. Если эта женщина узнает о твоих планах, мы все окажемся на волоске! Ее первая верность – Шелтиям.
– Аритейн верна своему дару и своему народу, – уверенно заявил Джирран. – Она так же, как я, жаждет увидеть славу и свободу, возвращенные горам.
Кейсил фыркнул.
– Ей бы иметь в рукаве что-нибудь повнушительнее тех лилейных ручек.
– О, она имеет, – хихикнул Джирран. – И теперь, когда твоя мать наготовила достаточно стряпни, чтобы никто из нас не умер с голоду в следующие четыре дня, она увозит Эйриз и Тейлин навестить их дядю за утесом. Я поднялся сюда, чтобы сообщить тебе об этом. Ари может наконец заняться делом.
– Каким делом? – подозрительно взглянул на зятя Кейсил.
– Нам нужны союзники против жителей низин, верно? Как сказал Норал, этого крысиного отродья слишком много. – Лицо Джиррана пылало рвением. – Аритейн нашла их – могущественных союзников, Кейси, готовых нам помочь.
Стайка коричневых птичек ссорилась в траве из-за крошек пирожных.
– Аниатиммы? – Кейсил понизил голос до шепота. Джирран пожал плечами.
– Возможно, их предки были аниатиммами, поколения тому назад. Это не важно. Важно, что это род, который не больше нас любит жителей низин.
– Почему они должны нам помогать? – нахмурился Кейсил.
– А почему нет? У нас общая кровь, и их самих атаковали тормалинцы. Это только жители низин и пальцем не пошевельнут, если не увидят выгоды для себя! – Слова Джиррана повисли в воздухе. – Это не только для меня, Кейси! – Джирран указал на рудники. – Половину долов по эту сторону Ущелья обдирают, правда или нет?
– Я не буду участвовать ни в чем, что идет против Шелтий. – Тон Кейсила был непреклонен, но лицо его выдавало любопытство.
– Мне нужно только твое присутствие, – замахал руками Джирран. – Тебе даже не придется ничего говорить. Но сегодня вечером Ари будет принимать гостя, и я хочу, чтоб мы оба были там, дабы показать, что у нее есть мужчины для поддержки. Кто-то, рожденный в этом доле, должен присутствовать.
– Откуда этот гость? – Кейсил пристально смотрел на долину.
– Ари мне не сказала. – Джирран помахал Тейриолу и остальным, все еще внимательно наблюдавшим за ними с роговыми кубками в руках.
– Что, если Шелтий встретят его, спросят о его деле? – не успокаивался Кейсил. – Ты сошел с ума?
– Шелтий больше не та сила, какой хотят казаться. – Джирран покачал головой. – Спроси Аритейн! Из-за этого мы и оказались в таком ужасном положении. Жители низин используют хитрость своих чародеев, тогда как старейшины Шелтий прячут истинную магию и забирают с собой в могилу неистраченной!
Кейсил пнул каблуком мешок.
– Думаю, у нас достаточно оловянного камня, чтобы готовить рудную мельницу. Нужно будет проверить колесо и установить новые клейма. – Он встал. – Я сыграю заступника Аритейн для этого гостя, но ты завтра же приведешь сюда мулов и свезешь эту кучу вниз, пока я открываю мельницу. Если б у тебя было хоть столько мозгов, сколько Мизаен сотворил для мыши, ты бы привел мула сейчас, а не истирал свои подметки!
– Твоя мать забрала мулов, Кейсил.
– Тогда найди кого-нибудь, кто одолжит тебе других, иначе попрешь эту руду на своей спине.
Борода Джиррана ощетинилась, но Кейсил уже шел обратно по ущелью, крича Тейриолу:
– Ты остаешься за старшего, пока я не вернусь, но слушай других. Они занимаются этой работой дольше, чем ты!
Коротко посовещавшись с Кейлианом и Фичем, Кейсил вновь присоединился к Джиррану.
– Я сказал, что собираюсь сделать пробу. Все будет какая-то польза.
Джирран молча пошел вперед. Чуть ниже по тропе Кейсил свернул к ложбине, где ленивый ветерок шевелил пепел лагерного костра. Он выудил из кармана кольцо ключей.
– Парню не вредно будет узнать, что управляться за старшего – это не значит выбирать самую легкую работу и считать деньги. – Кейсил вытащил мешок и свернутое одеяло из низкой каменной постройки и снова решительно защелкнул замок. – По крайней мере я вымоюсь.
Джирран засмеялся, но умолк под непреклонным взглядом Кейсила. Они спускались по тропе в долгом молчании и достигли стен фесса, когда солнце зашло за покрытые снегом пики. Ругаясь с досады, Кейсил постучал в главные ворота.
– Где Фитиан?
Ворота распахнулись.
– А я думала, сколько вас еще ждать, – съязвила Аритейн.
– Где Фитиан? – грозно повторил Кейсил.
– Я отправила его проверить коз. – Аритейн пошла к рекину мимо темных, с закрытыми ставнями зданий, выстроенных вдоль стены.
Кейсил сжал губы.
– Ты оскорбляешь брата моего отца, помыкая им, как каким-то пастушком.
Аритейн остановилась там, где теплый свет очага лился через порог.
– Я хотела убрать его с дороги.
Кейсил не вошел в дом.
– Что дает тебе такое право?
Аритейн презрительно вздернула бровь и небрежно провела рукой по лифу своего простого серого платья.
– Мужчина его возраста, не имеющий ни наследства, ни жены для своей рекомендации, едва ли вправе ожидать, что кто-то будет нянчиться с его достоинством.
– Фитиан остался, чтобы поддержать мою мать после смерти нашего отца. Он пожертвовал свою долю Тейриолу и мне. – Кейсил глотал слова от гнева. – Ты ничего не знаешь о нашей семье.
Аритейн обратилась к Джиррану:
– Вам лучше поесть. А тебе нужна ванна, – прибавила она, посмотрев на Кейсила.
– Я вымоюсь, когда буду готов. – Он забрал у Джиррана корзину руды. – Я хочу быстро взглянуть на мельницу и, может, даже сделать пробу.
Аритейн круто повернулась, оставив мужчин у двери.
– Сделай это завтра, – посоветовал Джирран. – Днем будет светло, и я помогу. Когда мы закончим это дело сегодня вечером, ты ляжешь спать в настоящей постели и будешь свежим к утру.
Аритейн мешала котелок, подвешенный над огнем, и в животе Кейсила заурчало от аппетитного запаха. Джирран пожал плечами.
– Шелтий привыкли, что все бегают по их указке.
– Ты никак извиняешься? – усмехнулся Кейсил. – Должно быть, дело и впрямь важное.
– Оно важно Эйриз и ее детям, – огрызнулся Джирран. – Взвесь это на своих весах против своих проб.
Кейсил покачал корзиной руды в руке и, не говоря ни слова, пошел прочь. Красноватые тени, падавшие на лицо Джиррана, углубились, когда горец нахмурился. Войдя в рекин, он хлопнул дверью, но Аритейн невозмутимо возилась у огня в центре комнаты.
– Ешь, – приказала она.
Пробормотав «спасибо», Джирран взял миску, над которой туманился пар. Сгорбившись на длинной скамье, он некрасиво принялся уплетать мясо, тушенное с овощами и травами. На широком сланцевом столе осталось несколько записей, сделанных рядом с кучей кожаных лоскутов, а на дальнем сиденье было навалено шитье.
Аритейн всмотрелась в помятый металлический колпак, висевший над огнем.