- Вот ты козёл, - разозлилась я. - Меня еще никто ни под кого не подкладывал.
- А я не подкладываю. Должна же ты получить хоть какие-то бонусы от нашего спора. А то только я развлекаюсь, глядя на твою планктонную эпопею, - абсолютно серьезно ответил Ромка.
Вот и как на него сердится?
- Это будет не честно по отношению к Олегу. Так что забудем, - отмахнулась я от друга и направилась к столам. Может, там еще кому-то что-то порезать надо... так я с радостью.
Влившись в дружный коллектив по нарезанию закуски, я отгоняла от себя мысли о разговоре с Ромкой. Ну вот зачем он так? Слов просто нет. Хотя что на него злиться. Если бы дело не касалось Олега, то, пожалуй, я так бы и поступила. Совместила бы приятное с приятным.
- А мне кусочек? - выдохнули мне в ухо.
- Фух, я себе чуть палец не отрезала. Нельзя же так подкрадываться.
- Хорошо, буду подкрадываться по-другому, - жуя стащенный кусок, проговорил Олег.
Тут поступила команда накрывать под шашлык. Народ засуетился и стал стекаться к столам. Шутки, гомон, чуть ли не отчетливый рык кого-то, сдирающего зубами мясо с шампура в целях показать, как правильно, просьбы передать что-то куда-то, льющаяся в пластиковые стаканы выпивка и запивка. Все сидят плотненько вокруг импровизированной скатерти-самобранки, потому что вокруг двух переносных столов, где занимались нарезкой, вся толпа не уместится. Но это никого не смущает, наоборот, есть повод кому-то прижаться сильнее к своей второй половине. Или пока еще не совсем своей... а возможно, и не к половине, а так, для настроения. Приехавшие девицы расположились далеко от нас. А я всё пыталась высмотреть, по чью душу и кто именно приехал. Но это длилось не долго. Олег мне усиленно пытался положить побольше, а я нагло сплавляла ему на тарелку мясо, как только он отворачивался.
Через какое-то время я чувствовала себя котом из мультика про попугая Кешу. Скоро джинсы придется неприлично расстегивать, а то задушат во цвете лет. Олег шепнув, что скоро придет, удалился. А я вернулась к прерванному едой занятию по разглядыванию компании, в которую я попала. Часть людей уже тихонько отползли от импровизированного стола, кто-то еще остался. Я улыбнулась - Рома кормил Люду. Обычно за ним девушки ухаживали, а тут вот как получается.
Так, надо и мне немного пошевелиться, а то я так и усну здесь. Влезла в машину, взяла кофр с фотоаппаратом и пошла смотреть, что осталось от озера. За лето уровень воды сильно упал в отсутствии сильных дождей, так что местами обнажилось илистое дно с несколько специфическим запахом, сильнее проявившемся под полуденным солнцем.
А это что за кошачьи визги? Я пошла в сторону криков, всё явственнее разбирая спокойный голос Олега, перекрываемый чьей-то истерикой. А я-то надеялась на отдых без происшествий. Только вышла на берег, как моему взору представилась чудесная картина.
Олег удерживал одну из трех девиц, на приезд которых он обратил внимание Люды. Девица была одета исключительно не для природы: топ с умопомрачительным декольте, короткие белые шорты, босоножки хоть и на устойчивом каблуке, но в 8 сантиметров. Это чудовище пыталось дотянуться своими когтями до вполне милой девушки, с испугом смотревшей на нее. Неловкое движение и... Олег с удерживаемой летят в то, что осталось от озера. Не... это надо заснять... просто для личной коллекции. Девица в попытках встать, завалила Олега обратно. Тот, пробормотав что-то далекое от цензуры, вновь поднялся и, захватив за грязные тряпочки, бывшие белоснежной одеждой, буквально выкинул ее обратно на берег и вылез сам.
К этому моменту уже набежала небольшая толпа, где оказалась еще одна из троицы.
- Забираешь эту отсюда, - буквально прорычал он подруге чумазой, и чтоб я вас больше никогда не видел у себя в клубе. - Я предупреждал.
Та попыталась оправдаться, но ее тут же заткнул кто-то из толпы. К испуганной девушке, чуть не оказавшейся жертвой фурии, подбежал парень и стал утешать. Олег что-то ему сказал и двинулся в сторону машин. Я сунула камеру в кофр и догнала его.
- Надо было предупредить, что ты любитель реслинга в грязи, мы бы больше воды с собой захватили.
Олег обернулся:
- Ну вот, испортил тебе отдых, - чуть виновато улыбнулся он.
- Ничуть. Кадры должны получиться просто загляденье.
- Чур, я первый смотрю!
- Вместе посмотрим, - улыбнулась я, с облегчением выдохнув, что он не сердится на мою съемку. Не всегда я могу удержаться в рамках, когда у меня в руках камера.
Дошли до машины, я распаковала упаковку воды, пока Олег скидывал с себя одежду. Я так и застыла с уже открытой бутылкой в руке. А... где моя камера... грязный гламур. Серо-черные разводы на мускулистых руках, рельефной спине... вот он выворачивается, чтобы оценить ущерб, нанесенным его джинсам, раздосадовано чертыхается и начинает их стягивать, оставляя грязные разводы на белых трусах, ногах... Вновь оглядывает себя.
- Лер, достань, пожалуйста, из моей сумки тренировочные штаны, - мы встречаемся глазами и я, вспыхивая, тут же кидаюсь к машине, выливая на себя воду.
Сзади слышен смех Олега. И что я голых мужиков не видела? Видела, но как-то так не цепляло. Правда, и воздержания у меня такого долгого не было, и не нравился мне никто до такой степени. Я порылась в его сумке и достала его тренировочные штаны и чистую майку, вернулась к багажнику, где продолжал стоять грязный Аполлон. Протянула ему уже початую бутылку с водой, в другой руке сжимая его вещи.
- Вещи положи и помоги, пожалуйста, отмыться, а то я один только грязь размажу по спине.
Я положила вещи на край багажника. Вот теперь мы посмотрим, кто будет смеяться. Поливаю водой ему руки, скользя по его бицепсам, трицепсам, сталкиваясь с ним пальцами, когда он пытается оттереть локоть, и стремлюсь к кисти руки, пытаясь обхватить предплечье. И обратно с весьма сосредоточенным выражением лица. Вот и бутылка воды закончилась. Взяла вторую, отвернувшись от Олега.
- Повернись другой стороной, - скомандовала я, и Олег подчинился.
Теперь он мне не помогал, лишь следил, как я вожу ладонью по его руке, переходя на плечо. 'Только бы не улыбнуться, только бы не сбить дыхание', - повторяла я себе, как мантру, переходя на плечи.
- Спиной.
Выливаю остатки, беру третью. Почти ласкаю... чуть задерживая ладонь на шее.
- У тебя даже волосы грязные, - ну и что, что это не правда.
Щедро лью воду, тут же проводя пальцами по волосам, похожим на мокрую короткую шерстку, у основания шеи. Рука уже на левой лопатке, чуть скребу короткими ногтями, поясняя, что не оттирается. Он ощутимо вздрагивает. Лучше бы двумя руками, но кто тогда будет поливать... Правая часть спины... перекатывающиеся мышцы под ладонью... вдоль позвоночника к мокрому белью... вдоль него, обозначая талию, потом опять вверх почти подмышку с одной стороны... обратно, с другой... Стараюсь сосредоточиться, но мысли нет-нет, да уплывают вслед за ощущениями тепла, силы, гладкости - все это обволакиваемое пузырьками минералки. Не знаю, что там спереди у него скрывает белье... сзади - уже ничего. Вроде как нечаянно зацепила за резинку трусов, чуть щелкнув ею по телу.
Мне тоже надо передохнуть. Отворачиваюсь за очередной бутылкой, стараясь унять дрожь в пальцах, которые хотят обхватывать отнюдь не горлышко в попытках открутить крышку. Разворачиваюсь и сразу присаживаюсь, чтобы он не видел моего лица.
- Давай ноги.
Он отставляет правую, я провожу ладонью сверху вниз, пальцы чуть путаются в растительности. Я поднимаю глаза - он пристально смотрит на меня.
- Другую, - стараюсь говорить нормально.
Он плавно меняет ноги, я вновь опускаю глаза, пользуясь этим предлогом.
- Всё, можешь одеваться. Правда, бельё намокло.
Я, поднимаясь, быстро закручиваю бутылку, кидаю ее в багажник и неспешно, как мне кажется, иду к накрытым столам. А на самом деле стараюсь себя удержать от того, чтобы не наброситься на него, и плевать на зрителей.