— Ты как пёрышко лёгкий! — удивился Инт, встречая друга.
Время близилось к обеду. Солнце перевалило через Красные скалы и двигалось в сторону Даугавы.
Инт всё-таки думал недоброе о Модрисе. Он считал, что Модрис просто сбежал. Никаких следов нападения на корабле они не обнаружили. Даже рюкзаки стояли на прежнем месте. Как раз это и смущало Инта. Раз уж Модрис решил удрать, то почему не взял рюкзак? В конце концов, это же был его личный рюкзак!
И вдруг Агрис крикнул:
— Следы!
Юный следопыт на четвереньках ползал по палубе и рассматривал ржавую пыль, прибитую дождём. На палубе чётко вырисовывались четыре следа. Два больших и два поменьше. Те, что поменьше, оставил, вероятно, Модрис.
А чьи большие следы? Видимо, кто-то тайком проник на палубу и напал на Модриса сзади.
Судя по всему, Модрис не предал друзей, он отважно держался до последнего, как надлежит настоящему борцу. Нет, Модрис не сбежал, его похитили, его увели насильно.
— Пойдём по следу, и мы догоним их, — решил Инт. — А там видно будет.
Следы вели на соседний корабль. Они спускались по Красным скалам в сторону Оттока.
— Наверно, Модриса связали, перекинули через плечо и унесли, — рассуждал Агрис. — Сам бы он не пошёл, клянусь!
— Если бы унесли, то были бы только одни следы, большие, а тут ещё и следы поменьше, — не соглашался Инт.
— Но рот ему заткнули абсолютно точно, — спорил Агрис. — Иначе он стал бы кричать.
Да, рот ему могли заткнуть, это верно. Они ведь не слыхали крика. Всё это выглядело очень странно. Кто-то был заинтересован в том, чтобы экспедиция красных следопытов с треском провалилась. Агрис упрямо твердил, что их преследует бандит, спрятавшийся на «Пингвине».
Продолжая идти по следу, ребята спускались всё ниже к Оттоку. Корабли там становились всё меньше.
На Корабельном кладбище не было ни души. А следы вели всё дальше. Там, где дождь вымыл палубу, остались красные отпечатки четырёх пяток.
На маленьком пароходике возле Оттока следы неожиданно оборвались. Странно! Не могли же Модрис с незнакомцем продолжить путь прямо по воде!
На носу парохода, на ржавом щите, чернели угли и обгоревшие доски. Лёгкий ветерок гонял пепел. Совсем недавно здесь горел костёр.
— Его зажарили и съели! — поёжился Агрис.
Инт расхохотался. Что-нибудь в этом роде могло прийти в голову только Агрису. На пароходике, видно, коротали ночь, сидя у костра, рыбаки или сплавщики.
— Его увезли на лодке, — сказал Инт.
— Но куда? — спросил Агрис.
Инт пожал плечами. Вдруг он заметил на носу парохода ещё какой-то след. Он вёл назад, к Красным скалам. Следы, как можно было предположить, принадлежали Модрису.
— Модрис столкнул его в реку! — заключил Агрис.
Так или иначе, ясно было одно: Модрису в последний момент удалось спастись. Но куда он исчез? Почему не вернулся на «Пингвин»?
На обратном пути, судя по следам, Модрис искал дорогу более пологую, избегая крутых подъёмов. Значит, он спешил к «Пингвину».
Инт хотел громко окликнуть Модриса, но Агрис ему не позволил: где-то неподалёку мог затаиться неизвестный, а следы и так доведут до цели.
Но следы вдруг исчезли.
— Что же он, улетел, что ли? — удивился Агрис.
— Он упал, — мрачно ответил Инт, разглядывая трухлявую доску, перекинутую с одного корабля на другой. На доске виднелись два ржавых отпечатка пяток Модриса.
Значит, Модрис торопился. Он бежал через зыбкие мостки и сорвался… Страшно даже подумать, что с ним стало! Ведь все ущелья, заводи, промежутки и лабиринты между кораблями под водой были завалены затонувшим ломом.
— Модрис плавает, как дельфин. Не может быть, чтоб он оттуда не выкарабкался, даже если бы и упал, — с надеждой сказал Агрис.
На всякий случай Инт наклонился и позвал:
— Мо-одрис!
И вдруг откуда-то снизу раздался громкий, радостный голос:
— Вы? Неужели это вы?
ЕЩЁ ОДНА НОЧЬ НА КОРАБЕЛЬНОМ КЛАДБИЩЕ
Опыт научил их не отправляться в путь без верёвки. Так было и на этот раз. Друзья спустили верёвку Модрису и втащили беднягу на палубу.
Вечерело. Следопыты спешили до сумерек вернуться к Красным скалам.
Когда ребята наконец достигли своего убежища, солнце низко опустилось над Даугавой.
Мальчишки сели ужинать. Теперь Модрис мог рассказать, что с ним случилось. С первых же слов он разочаровал Агриса. Оказывается, его не брали в плен и не собирались похищать. Он покинул пост по собственному желанию. Модрис сам, первый заметил на носу корабля чужие следы. Он думал, что Инт с Агрисом долго пробудут внутри корабля, и решил пойти по следу, показавшемуся ему очень подозрительным.
— Чего это ты вдруг стал так стараться? — удивился Инт.
Но Модрис пропустил его замечание мимо ушей.
Следы вели к Оттоку. Модрис решил, что таинственный гость сел в лодку и уехал. Незнакомец покинул Корабельное кладбище и, значит, не опасен.
Модрис поспешил обратно. Второпях он оступился и упал.
К счастью, место оказалось достаточно глубокое, и он не мог напороться на какой-нибудь металлолом. Он взобрался на чугунную колоду и стал думать, что делать дальше. Как раз в это время друзья и окликнули его.
Выслушав рассказ Модриса, Инт с Агрисом вынуждены были признать, что кто-то действительно наблюдает за ними. Об этом свидетельствовало и логово, обнаруженное ребятами на «Пингвине», и тетрадь, о которой сообщили Модрису Инт и Агрис.
Особой удачей Модрис считал находку шланга, которая и наталкивает на настоящий след. Надо рискнуть ещё раз и спуститься в трюм «Пингвина», всё внимательно проверить. Модрис больше не намерен крутить колесо лебёдки. Спускаться будут все.
Хлеб кончался. Термосы были пустые. Если завтра до обеда они не вернутся на остров Ливу, их начнут мучить жажда и голод.
Наступила ночь. Чёрные тучи, словно гружёные баржи, плыли над Корабельным кладбищем, а между ними кое-где зажигались сигнальные огни первых звёзд. Казалось, они совсем близко, стоит лишь протянуть руку.
Существует такая примета: когда звёзды спускаются низко, мечты и чаяния людей летят им навстречу. Мысли становятся необыкновенно лёгкими и уносятся вдаль, словно ночные птицы.
На небе зажглась луна. Звёзды как будто поблёкли, зато сверху льётся синеватый сказочный свет. Ночь становится светлее. На горизонте снова вспыхивают огни судоремонтного завода, но при свете луны они уже не так ярки.
Далеко внизу слышен плеск воды. А над кораблями тишина. Иногда казалось, будто под покровом ночи старые развалины пробуждаются от сна и снова силятся стать такими, как прежде, и отправиться в дальние плавания.
Прислушайтесь, не бьют ли склянки? Не удар ли это корабельного колокола, возвещающего начало вахты? Значит, корабль готов отправиться в путь. И вот из трубы уже поднимаются белые струйки дыма. Неужели это просто туман? Корабль тяжело вздыхает, как будто даёт прощальный гудок. Неужели это только гудение ночного ветра в металлических лабиринтах?! А жёлтый свет в пустых глазах иллюминаторов? Неужели всего лишь отражение луны?! Постойте! Кажется, на палубах раздаются торопливые шаги матросов… Неужели вы ничего не видите и не слышите? Разве не замечаете, как старый корабль вздрагивает в нетерпеливом ожидании дальних странствий? Вслушайтесь! Как ожило и начинает дрожать корабельное сердце! Как воды ласкают старые борта… Глядите! Корабль уходит! Уходит старая коробка навстречу морским просторам! Как прежде!
Так наперебой ребята сочиняли фантастическую историю о старом корабле. На миг они поверили в реальность воображаемого и кинулись к борту. Им в самом деле захотелось увидеть, как зеленоватые волны бьются о борт корабля. Но… увы! Корабль стоял на одном месте. Фантазия, порождённая ночными звуками, испарилась!
— Эх, в море бы сейчас… — вздохнул Модрис.
Инт взглянул на друга и задумчиво произнёс:
— Жюль Верн сказал: «Если бы не моря и океаны, то великие географические открытия задержались бы на несколько тысяч лет».