Изменить стиль страницы

Уильям Хоуп Ходжсон

«Путешествие шлюпок с „Глен Карриг“»

Предисловие

«И АД СЛЕДОВАЛ ЗА НИМ…»

Я изведал эти страхи
Соприродные душе.[1]
О. Мандельштам

Незримое здесь и взывает к тебе.[2]

Путешествие шлюпок с «Глен Карриг» i_001.jpg
Кто услышал раковины пенье,
Бросит берег и уйдет в туман;
Даст ему покой и вдохновенье
Окруженный ветром океан…[3]

Эти строки Эдуард Багрицкий, выросший на берегу Черного моря, написал в 1924 г., и сейчас они звучат так же пленительно. О водной стихии — бушующем море или же спокойном, — влекущей к себе людей на протяжении тысячелетий, написано, наверное, чуть ли не больше всего в истории мировой словесности. Причины этой загадочной тяги необъяснимы — как, наверное, и причины возникновения любви. И не надо искать их, этих причин. Просто принять как данность. И — повторить за поэтом:

Кто увидел дым голубоватый,
Поднимающийся над водой,
Тот пойдет дорогою проклятой,
Звонкою дорогою морской…[4]

Такой же морской дорогой захотел пойти и Билли Ходжсон, родившийся в деревушке Блэкмор Энд, графство Эссекс, 15 ноября 1877 г. Он рос в большой семье — всего у англиканского священника Сэмюэля Ходжсона и его жены Лисси было двенадцать детей (трое умерло в младенчестве). Родители надеялись, что сын пойдет по стопам отца и станет священником. Но Уильям Ходжсон выбрал профессию моряка, а потом писателя. Его жизнь сложилась во многом так же, как жизнь другого известного английского писателя, Фредерика Марриета, несколько раз убегавшего из дома, пока наконец домашние не смирились с его настойчивым желанием стать моряком. И еще один английский писатель, Джозеф Конрад, в свое время бросил учебу в гимназии, чтобы стать моряком.

Но все-таки прежде всего поступок Ходжсона вызывает в памяти факт биографии другого молодого человека, родившегося по воле его создателя, Даниэля Дефо, в Йорке: «Отец мой… прочил меня в юристы, но я мечтал о морских путешествиях и не хотел слушать ни о чем другом. Эта страсть моя к морю так далеко меня завела, что я пошел против воли — более того: против прямого запрещения отца и пренебрег мольбами матери и советами друзей; казалось, было что-то роковое в этом природном влечении, толкавшем меня к горестной жизни, доставшейся мне в удел».[5] Упоминание «Робинзона Крузо» неслучайно — эта книга оказала на Ходжсона ощутимое влияние, к чему мы еще не раз вернемся.

А вот Константин Станюкович, один из самых ярких представителей маринистики в русской литературе, сын адмирала, предназначенный, казалось бы, судьбой к службе на море, напротив, буквально умолял отца — когда уже учился в Морском кадетском корпусе в Петербурге — разрешить ему покинуть флот и поступить учиться в университет. В ответ разгневанный адмирал попросил начальника кадетского корпуса С. С. Нахимова (брата героя Севастополя) отправить сына в дальнее плавание. Так Станюкович ушел в трехлетнее кругосветное путешествие на корвете «Калевала». По возвращении из странствия Станюкович вновь обратился к отцу с той же просьбой — на этот раз ответ адмирала был прост и лаконичен: «Выходи в отставку и забудь отныне, что ты мой сын!»

Тогда, в 1890 г., когда Билл Ходжсон решил убежать из дома и стать моряком, его поймали. Но все же потом — в немалой степени с помощью дяди — он сумел найти в разговоре с отцом нужные слова (в отличие от Робинзона Крузо), и тот позволил сыну в 1881 г. отправиться в путешествие юнгой. После нескольких лет плавания Ходжсон решил повысить свою квалификацию и в 1897 г. получил диплом помощника капитана. В море Ходжсон сначала занимался поднятием тяжестей, потом дзюдо. Делал он это не из-за нарциссического стремления к физическому совершенству, но чтобы защитить себя: от природы он был невысокого роста, худощавый и внешность его первое время становилась предметом насмешек матросов. Однако довольно быстро Ходжсон сумел достичь такой физической формы, что шутникам стало понятно: отныне упражнения в остроумии для них могут иметь весьма неприятные последствия.

В 1899 г. Ходжсон открыл Школу физической культуры в Блэкберне, небольшом городке к северу от Ливерпуля, причем среди посетителей было немало сотрудников местной полиции. В 1902 г. Ходжсон оказался вовлеченным в забавную ситуацию. В городок с гастролями приехал Гарри Гудини. Во время первого своего выступления он оскорбительно быстро для полиции города освободился из местной тюрьмы, куда попросил его заключить. Уязвленные полицейские велели Ходжсону поставить гастролирующую знаменитость на место. Ходжсон пришел на выступление Гудини и, когда тот обратился к аудитории с вопросом, сможет ли кто-нибудь связать его так, чтобы он не освободился, посулив за это материальное вознаграждение, вызвался первым. Он буквально спеленал Гудини, и тот, несмотря на свое прославленное умение выпутываться из любых пут, будь то веревки или наручники, не мог освободиться почти два часа. Когда же это наконец случилось, иллюзионист был весьма недоволен Ходжсоном, который, по его словам, поранил ему запястья.

Ходжсона многое интересовало в жизни: он увлеченно занимался фотографией (причем еще с того времени, когда плавал, — чего только он не снимал в те годы: акул, циклоны, грозы, разные морские диковины), ездил на велосипеде, бывшем тогда в новинку, собирал марки. Человек он был отважный: известен случай, когда он спас моряка, оказавшегося за бортом около берегов Новой Зеландии, в водах, где кишели акулы (точно так же во время службы на флоте поступил и Фредерик Марриет). За храбрость Ходжсон был награжден медалью Королевского Общества спасения утопающих.

Работа в Школе физической культуры оказалась не очень прибыльной, поэтому Ходжсон стал искать дополнительные источники заработка. Он начал писать статьи о том, что сейчас называется бодибилдинг, сопровождая их собственноручно сделанными фотографиями. Однако изданий, в которых эти статьи могли появляться, было наперечет, поэтому Ходжсон, с детства много читавший, решил обратиться к художественной прозе. Вдохновлялся он авторами, которых очень любил и считал образцом для подражания: Э. А. По, Г. Дж. Уэллсом, Жюлем Верном, Конан Дойлем.

Ходжсон вошел в литературу на волне интереса широкой читающей публики к неоромантизму. Это явление возникло в конце XIX в. в немалой степени как протест против духовной атмосферы викторианской Англии с ее ханжеством, лицемерием, культом материального преуспевания. Неоромантизм принес повышенный интерес к необычайному, фантастическому, а также к трагическому в жизни человека. И не случайно, что в последнее десятилетие XIX столетия вышли такие книги, как повесть Р. Л. Стивенсона «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда», роман О. Уайльда «Портрет Дориана Грея» и другие произведения, в которых велик элемент таинственного, сверхъестественного, необъяснимого.

К темам загадочного, страшного разные авторы шли разными путями. Например, Роберт Луис Стивенсон уже в 1870-е гг. задумал написать книгу «таинственных», как он называл их, новелл; придумал он и название для нее: «Черный человек и другие рассказы» (образ «черного человека» связан с народными представлениями о нечистой силе). Из задуманного цикла Стивенсон написал три рассказа: «Окаянная Джанет», «Похититель трупов», «Веселые молодцы». Замысел цикла, как считает Ричард Олдингтон, автор книги о Стивенсоне, в значительной степени возник под влиянием жены писателя, Фанни Осборн, очень любившей истории о привидениях.[6] Думается, однако, что Олдингтон не совсем прав, возлагая на жену Стивенсона «ответственность» за присутствие в его книгах загадочного и пугающего — мы видим, что эти мотивы содержатся в его разных книгах: новеллистических циклах «Клуб самоубийц» и «Алмаз раджи», повестях «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда» и «Владетель Баллантрэ».

вернуться

1

Мандельштам О. Сочинения: В 2 т. Т. 1. М., 1990. С. 324.

вернуться

2

Надпись на алтаре в одной из сельских церквей Великобритании, увиденная Артуром Мейченом. Цит. по: Мейчен А. Сад Аваллона: Избранные произведения. Энигма, М, 2006. С. 13.

вернуться

3

Багрицкий Э. Стихотворения и поэмы. М.; Л., 1964. С. 324.

вернуться

4

Там же.

вернуться

5

Дефо Д. Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо. М., 1955. С. 5.

вернуться

6

Олдингтон Р. Стивенсон (Портрет бунтаря). М., 1973. С. 152.