Фейрбэнкс осторожно дотронулся до ее руки.
— Дорогая, здесь столько земли, которая только и ждет, чтобы ее обработали. Вы найдете еще лучше землю, и все начнете сначала. Мексиканцы будут умолять вас купить участок, и это будет дешево стоить.
— Недорого же вы оценили мои принципы и чувство собственного достоинства, — сказала Либби.
38
Из отеля Либби сразу же отправилась в больницу. При дневном свете черное, кирпичное здание больницы еще больше удручало своей запущенностью.
Либби вошла во внутрь и натолкнулась на женщину, которая сказала, что посетителей не пускают.
Она попыталась описать своего знакомого санитара, но женщина ее не слушала.
— Освободите помещение! — сказала женщина, указывая Либби на дверь.
Когда, стоя под окнами, Либби думала, как добраться до Гейба, ко входу подкатил фургон и из него вынесли трое носилок с больными. Они вернулись за четвертым, но один из носильщиков закричал:
— Не трогайте его, он уже готов. Везите его в морг.
Преодолев себя, Либби проскочила вперед санитаров с носилками. Женщина, записывая новых больных, не заметила ее. Либби завернула за угол и направилась к палате больных оспой.
Кровати рядом с Гейбом были пусты, и в палате была тишина. Гейб лежал, не подавая признаков жизни. Его красное лицо было наполовину забинтовано. Либби на цыпочках подошла к нему, заметив, что он еще дышит. Она вышла из палаты и, поблуждав по пустому зданию, набрела на дверь, ведущую скорее всего в морг. Двое парней в масках, в которых они походили на бандитов, вышли оттуда. Либби подбежала и схватила одного из них за руку.
— Мой муж здесь, а мне не разрешают забрать его домой. Я его только что нашла. Вы не могли бы отвезти его ко мне на ферму. Если он здесь останется, то умрет.
— Что вы хотите, чтобы мы сделали? — спросил один из них.
— Если бы вы только его вынесли. Притворитесь, что несете его в морг. У меня на улице повозка, и я хорошо заплачу.
Либби порылась в сумочке и вытащила пачку долларов.
— Хорошо, мэм. Кого из них?
Либби подогнала фургон к глухой торцовой стене больницы и через пару минут увидела двоих парней, несущих на носилках забинтованного человека. Из-под одеяла слышались протестующие крики:
— Стойте, я пока еще не умер.
— Тише, ваша жена хочет забрать вас.
— У меня нет никакой жены! Вы хотите меня похоронить!
— Бедняга, кладите его сюда, — быстро сказала Либби, показывая внутрь фургона. Санитары положили его на мешки.
— Нет, не хороните меня. Я жив, — застонал Гейб.
— Хватит разговаривать, Гейб, — прошептала Либби. — Никто не собирается тебя хоронить.
— Либби? — вопросительно промямлил он, когда она откинула одеяло с его лица.
— Все будет хорошо, — пытаясь улыбаться, проговорила она, глядя на искаженное болезнью лицо Гейба. — Я отвезу тебя домой, и ты поправишься.
Гейб закрыл глаза и улыбнулся.
— Это хорошо, — сказал он и потерял сознание.
Гейб свалился с мешков, потому что повозку кидало из стороны в сторону, и Либби с трудом остановилась и попыталась устроить его поудобнее. Прикоснувшись к Фостеру, она почувствовала, как он весь горит.
Либби ударила кнутом, и кони понеслись. Она оборачивалась и смотрела на красное от температуры лицо Гейба. Довезу ли я его? Только когда впереди показалась знакомая ограда из кактусов, Либби вспомнила о том, что она проиграла дело в суде и ей придется отсюда уехать.
Ах Фонг бежал к ней навстречу.
— Не подходи близко! — завопила она. — У меня в фургоне мистер Фостер, он болен оспой!
— Вы привезли его сюда? — испуганно спросил китаец.
— Давай положим его в дальнем коттедже, а рабочие будут спать под навесом, пока он не выздоровеет.
Ах Фонг закричал что-то по-китайски, и через мгновение работники уже появились с вещами.
— Ах Фонг, помоги мне. Я не могу его вытащить одна.
— Хорошо, мисс, — он наклонился над стонавшим Гейбом, который все еще был без сознания. Вдвоем они донесли его до кровати.
— Ему необходим хороший китайский суп из цыпленка.
— Хорошая идея, Ах Фонг. Заруби курицу.
Либби сидела у кровати стонущего и начавшего бредить Гейба.
— Не дай им похоронить меня, я не мертвый, — стонал он, когда она до него дотрагивалась.
Либби пыталась влить ему в рот несколько ложек куриного бульона, который приготовил Ах Фонг.
Она не спала более двух ночей, боясь, что Гейб умрет, когда она заснет.
Под утро на третий день он очнулся и спросил испуганно:
— Они копают? Я слышу, они копают на улице?
Он ухватился за руку Либби.
— Не дай им меня похоронить, пока я не умру, — попросил он.
— Ты не умрешь, — сказала Либби и протерла ему полотенцем лоб. — Я позабочусь о тебе, ты выздоровеешь.
Гейб посмотрел на нее удивленными глазами.
— Либби, это в самом деле ты?
— В самом деле.
— Не оставляй меня, — пробормотал он.
— Я буду рядом с тобой, не волнуйся.
Его веки снова сомкнулись, и лицо приняло спокойный вид. Либби вскочила и прислонила ухо к его груди. Услышав спокойный ритм сердца, она поняла, что Гейб заснул.
С первыми лучами солнца появился Ах Фонг.
— Отдохните, — сказал он. — Я подежурю за вас.
Либби не соглашалась.
— Я не хочу подходить к детям, не будучи уверенной, что тоже не заразилась. Принеси мне таблетки. Я буду спать здесь на стуле.
— Упрямая женщина, — сказал Ах Фонг, но послушался ее.
— Опять дождь. Скоро пруд будет полон, и вы утрете нос этому чертову Райвлу.
— Я хотела бы. Но воды в пруду все равно не хватит на все лето. Если я не заставлю Райвла убрать плотину, то нам придется уезжать.
Ах Фонг понимающе закивал и посмотрел на небо.
— Хороший дождь. Осенний урожай даст нам хорошую прибыль, и вы сможете купить себе дом в Сан-Франциско.
— Не думаю, что буду жить там весь год. Мне нужно чем-то заниматься, — сказала Либби.
— Вам нужен человек, который будет вас оберегать, — сказал Ах Фонг, поглядывая в комнату, где спал Гейб. — Он выздоровеет?
— Не знаю, пока рано об этом говорить, — ответила она.
Умывшись горячей водой, Либби обмыла Гейба, там где смогла. Его рубашка почернела от пота, но она не решилась ее снять.
Дождь опять разошелся. Либби сидела на стуле и смотрела на серый, печальный пейзаж за окном. На ветвях деревьев еще оставались последние пожелтевшие листья.
— Боже, люблю это место! Неужели все, что люблю, должно уходить от меня! — произнесла с сожалением Либби.
Над холмами прогремел гром. Она посмотрела на небо, полагая, что дождь стихает, но внезапно ударила молния, за которой последовали новые раскаты.
Открыв дверь хижины, Либби выбежала во двор, вдыхая свежий воздух. Она посмотрела на холм и увидела бегущего по склону Ах Фонга.
— Посмотрите, миссис, — завопил он.
Либби посмотрела в его сторону.
Над холмами виднелась черная полоса, которая росла, приближаясь к долине. Через мгновение она поняла, что это была вода.
— Ты взял Ноэля? — вскрикнула она. — Не приближайтесь к реке.
Либби повернулась и побежала по тропинке к коттеджу Гейба, выбрав ту, которая была ближе всего к реке. Поток с ревом обрушивался на долину, сметая все на своем пути. Вода догнала Либби у самого порога, снеся все кактусы и сорвав с фундамента дом, стены которого рассыпались как картонный домик. Либби с трудом встала на ноги и, пытаясь добраться до развалин дома, увидела сносимое водой тело Гейба.
39
Придя в себя, Либби подняла голову и увидела, что ее дом уцелел. Вода залила только два первых коттеджа, ограду и подъезд к дому. Многие деревья были вырваны с корнем, но дом стоял на месте. Грязь, камни и вырванные бурей деревья покрыли всю долину. По склону к Либби бежали Иден и Блисс. Ах Фонг с Ноэлем на руках едва поспевал за ними.
— Спасибо Господу! — Либби с трудом поднялась на ноги, голова ее кружилась.