Рэндалл подъехал к дому, спешился и привязал коня. Он должен что-то предпринять, пока мужество окончательно не покинуло его. Он знал, что именно Сара думала о нем, очевидно, до самой своей смерти. Он бы просто не выдержал, если бы дочь узнала о его причастности к убийству невинного человека.
Если она жива…
Он на секунду закрыл голову руками, пытаясь сосредоточиться. Ему предстояло заручиться чьей-то помощью, чтобы найти дочь, а еще ему предстояло остановить Макклэри. Даже если он попадет в тюрьму, он должен остановить Макклэри.
– Сара, – с трудом прошептал он, – что мне делать?
Он знал, каков был бы ее ответ. Ему следует оседлать свежего коня, отправиться к Рассу и все ему рассказать. Но тут он подумал о Шей, похожей на Сару. Его дочь.
Внезапно Джек понял, что не сможет рассказать Рассу правду. Не сможет позволить дочери узнать, какой презренный человек ее отец. Вероятно, он расскажет все позже, когда она полюбит его немного. Через неделю. Через месяц.
Нужно постараться убедить Макклэри уехать отсюда – вдруг удастся? Джек тяжело вздохнул. Такое решение мог принять только слабак. Но все равно – это решение. Потом он сказал бы Рассу, что Тайлер твердо решил отомстить. Его слово против слова Тайлера – совсем как раньше…
Рэндалл согнулся пополам, и его вырвало на землю. Поднялся на шатких ногах. Сначала Макклэри. Потом подумает об остальном. Он опустил руку на приклад ружья, пытаясь обрести самообладание. Он умел стрелять. Не очень быстро и не очень метко, но Макклэри не знает об этом.
Полный решимости, Джек направился к дому и нашел Макклэри в своем кабинете за просмотром конторских книг, со стаканом виски в руке.
– Что ты здесь делаешь?
– Я слышал, ты отправился на поиски дочери, – произнес Макклэри, самодовольно улыбаясь. – А я даже не подозревал, что у тебя есть дочь. Ах ты старый лис. Она хорошенькая?
Джек насторожился. Следовало бы предвидеть, что Макклэри что-то пронюхает.
– Ты слышал, да не то, – сказал он. – Я ездил в Кейси-Спрингс по делу.
Макклэри приподнял брови.
– Вот как? Пытаешься раздобыть деньги? – Он взглянул на открытые книги:
– Я вот что подумал. Судя по записям." дела твои не очень хороши. Я мог бы стать твоим компаньоном, чтобы выправить положение.
Презрение и злоба переросли в ярость. Благоразумие отступило. Джек был мошенником, вором, но никогда не был убийцей. А сейчас он с удовольствием прикончил бы Макклэри.
– Нет! – сказал Рэндалл.
– У тебя нет выбора.
– Ты уедешь в ближайшее время, – тихо произнес Рэндалл.
Макклэри рассмеялся:
– Почему вдруг ты так уверен?
– Потому что я расскажу шерифу, кто убивал старателей:
– Ты не сделаешь ничего подобного, – заявил Макклэри с абсолютной уверенностью.
– Я сделаю даже больше, – парировал Рэндалл с дерзкой бравадой. – Я расскажу ему правду о Рейфе Тайлере, о том, кто на самом деле участвовал в налетах на казну.
Джек всего-навсего блефовал и ненавидел себя за то, что голос его дрожал. Он не был убийцей, но Макклэри – был. Тот просто пожал плечами.
– Ты сам себе подпишешь приговор.
– Этот приговор давным-давно подписал мне ты.
Макклэри расхохотался:
– А ты не возражал. Что-то я не припомню, чтобы ты отказывался от денег.
– Да, – сказал Рэндалл, подавляя отвращение к самому себе. – Я думал, что с помощью денег верну жену. Я был дураком.
– Ты и сейчас им остался. Трусливый дурак, – презрительно произнес Макклэри.
– Теперь уже нет.
Рэндалл понял, что его план не сработает. Макклэри не уедет, по крайней мере добровольно. Оставалось только одно: рассказать правду, и будь что будет. И хотя будущее не сулило ничего хорошего, Джек знал, он не может позволить Макклэри продол жать убивать, как не может рисковать тем, что тот своими поступками подвергнет еще большей опасности жизнь его дочери.
Макклэри будто понял внезапные перемены. Глаза его сузились.
– Не будь идиотом. Тебя повесят.
– Меня посадят в тюрьму. Я уже смирился с этим, ведь я никого не убивал.
– Разве? – сказал Макклэри. – Ты знал, что я делал. Ты же участвовал в том ограблении в Канзасе. – Он скривил рот. – Я заставлю их поверить, что затея была целиком твоя.
– Я больше не позволю тебе убивать.
– Черта с два, – сказал Макклэри.
Он лениво протянул руку к стакану с виски. Гнев Ранд алла поборол страх. Думая испугать Макклэри, он схватился за ружье. В одно мгновение Макклэри бросил стакан и выхватил пистолет из кобуры, висевшей на поясе.
Рэндалл ощутил удар пули. Боль накрыла его красной волной, и он рухнул. Из последних сил попытался дотянуться до ружья, но рука не действовала. Затем он провалился в никуда.
Макклэри наблюдал, как Рэндалл падает на пол, ударившись головой об угол камина. Кровь залила висок и брызнула на грудь.
Слышал ли кто-нибудь выстрел?
Он огляделся и увидел за окном лошадь Джека. Вокруг ни души. Макклэри прошелся по карманам раненого в поисках денег. Джек истекал кровью. Долго он не протянет, решил Макклэри, и нужно все представить как ограбление. Взломав запертый ящик стола, он ворошил его содержимое, когда услышал приближение всадников.
Будь все проклято!
Он взглянул на Рэндалла и решил было всадить в него еще одну пулю, но тогда его услышат всадники и отрежут единственный путь к отступлению. Оставался только один шанс – убежать до того, как кто-нибудь обнаружит тело Рэндалла. Макклэри надеялся, что тот истечет кровью и умрет не приходя в сознание.
Он выскользнул из кабинета, прикрыв за собою дверь, и подошел к окну, выходящему во двор. Черт, Клинт и двое других работников, слишком много. Придется подождать, пока они войдут в конюшню, а тогда он схватит лошадь Рэндалла.
Макклэри проследил, как последний из трех скрылся в конюшне, затем выскользнул из дверей, забрал лошадь Рэндалла и отвел ее на задний двор, прежде чем вскочить в седло. Безжалостно пришпорив усталое животное, он пустился галопом.
Клинт устало вышел из конюшни и взглянул на дом. Еще несколько минут назад во дворе перед крыльцом стояла лошадь Рэндалла, теперь ее не было.
– Что случилось с лошадью Джека?
Один из работников пожал плечами – он слишком устал, чтобы глазеть по сторонам.
Клинт вновь посмотрел на дом. Что-то здесь не так. По дороге с кладбища он встретил пастуха, который рассказал о недавнем возвращении Рэндалла. Не мог же хозяин вновь уехать на обессиленной лошади или позволить кому-нибудь взять ее.
– Спрошу-ка я лучше у самого хозяина, – решил Клинт и пошел к дому.
На стук никто не ответил. Он вошел в дом. В гостиной никого не оказалось, но дверь в кабинет Рэндалла была полуоткрыта. Клинт постучал, помедлил и, не получив ответа, толкнул дверь. Увидев на полу распростертое тело, Клинт на секунду замер, затаив дыхание.
Подойдя к телу, он опустился на колени рядом с ним. Две раны – глубокий порез на голове и пуля в плече, всего лишь на дюйм выше сердца. Повсюду кровь.
Клинт пощупал шею Рэндалла. Слабое биение пульса. Тогда он поднес руку ко рту раненого. Тот все еще дышал. Клинт склонился, дотронувшись до него:
– Мистер Рэндалл.
Рэндалл открыл глаза, затуманенные от боли. Попытался шевельнуться и сразу застонал.
– Сара. Моя дочь… – Глаза его снова закрылись.
Наверняка Макклэри, подумал Клинт, но вину свалят на Рейфа. Он должен помочь Рэндаллу выжить, чтобы тот заговорил. Клинт выбежал во двор и позвал двух человек, с которыми приехал. Оба бросились к нему бегом.
– Джон, отправляйся к Рассу Дьюэйну. Калеб, мчись во все лопатки в Кейси-Спрингс за доктором.
– Что случилось?
– Кто-то стрелял в мистера Рэндалла.
– Опять эти разбойники?
– Не знаю. Поезжайте скорей.
Он поспешил вернуться в дом и опять опустился на пол рядом с Рэндаллом. Что же здесь произошло?
Рэндалл был очень бледен, пульс едва прощупывался.