— Конечно, старина, беги и не забывай про меня, — хлопнул его по плечу Ройс. — И полегче там на улице с Эстивом, он просто отрабатывает наказание.
— Не волнуйся, все будет хорошо, мы вытащим тебя отсюда, ты и глазом моргнуть не успеешь, — приободрил друга Крис.
Мужчины крепко обнялись напоследок, а потом один за другим тихо выскользнули обратно в общий зал, где все еще слышалось сонное сопение. Правда, за время их беседы в бараке стало значительно светлее, и теперь фигура ночного визитера не сливалась с мраком. Оставалось надеяться, что после дневной нагрузки страдающих бессонницей или желающих встать пораньше не окажется.
Ройс нырнул обратно в кровать, укрывшись от утренней прохлады, и взглядом проводил друга до двери. На душе стало немного тоскливо, но, вспомнив необычайно реалистичный сон, парень почувствовал даже легкую радость. Главное, он жив, хоть и попал в переделку. Да и новые переживания после разговора с другом помогли немного притупить воспоминания о невыносимой боли и испытанном страхе. До сих пор как-то не верилось, что на нем нет ни царапины. Он и не знал, что сон может быть таким четким и подробным: ты словно находишься в полном сознании и веришь в происходящее. Хорошо, что Крис его разбудил до того, как Кириано услышал стоны.
Парень сам не заметил, как снова уснул. К счастью, на этот раз обошлось без кошмаров.
Казалось, он только смежил веки, как в уши тут же проникло противное настойчивое дребезжание колокола, оповещающего, что пора вставать. Ройс с трудом разлепил глаза и сел. Тело вроде вполне отдохнуло, а вот сознанию требовалось еще пару часиков благословенной тишины и покоя. Ночная беседа не пошла на пользу его самочувствию. Однако надо признать, что он не один выглядел сонным и квелым, даже Кириано очень неаристократично зевал во весь рот, забывая прикрывать его ладонью. Наверное, так проявлялись последствия применения сонного газа.
Племянник командующего резко вскочил на ноги и потряс головой, прогоняя из мыслей туман. Пока остальные пытались проделать то же самое, Ройс первым прошмыгнул в туалет. Он уже не видел возмущенно перекосившего лица Кириано за своей спиной. С блондина разом слетели остатки сна, так как какой-то безродный новичок опять посмел нарушить очередность. Сначала все должны пропустить аристократов!
Выйдя, Ройс нос к носу столкнулся с высокомерным блондином, считающим, что происхождение дает ему больше прав, чем остальным.
— Опять борзеешь, птенчик, — процедил Кириано, похоже, перенявший это обращение у Арра. — Я уже говорил, что твоя очередь — последняя!
— Правильно, — спокойно согласился парень. — Но очередь я занял еще с вечера и считаю, что как раз сейчас она подошла.
Со стороны единственного подопечного Дартиса это была откровенная наглость, но сегодня его настроение оставляло желать лучшего и он не хотел пресмыкаться. К тому же Кириано все равно найдет, к чему прицепиться, так зачем отказывать себе в небольшом удовольствии задеть его хотя бы словами? По крайней мере, Ройс будет знать, за что получает на тренировке.
— Посмотрим, как эта логика поможет тебе в спарринге со мной, — подтвердил его опасения аристократ. — Выбирай, пока я добрый, где ты хочешь получить шрам: левое запястье, правое или, может быть, щека?
Предложение блондина всколыхнуло в Ройсе воспоминания о ночном кошмаре. Он с трудом сохранил невозмутимое выражение лица.
— Алани, оставьте парня в покое, — опять вмешался кто-то из бывших солдат. — Это недостойно аристократа — обижать тех, кто заведомо слабее вас!
Кириано гневно сверкнул глазами, но грубить в ответ не стал. Понимал, что лучше не связываться с компанией хорошо вымуштрованных солдат, дабы избежать постоянного противостояния с довольно-таки сильными соперниками. Да и, честно говоря, он испытывал к ним невольное уважение за великолепную физическую форму и мастерство владения оружием. Так получилось, что блондин презирал слабаков, но умел искренне восхищаться достойным соперником, пусть и не дотягивающим до его уровня.
— Не собираюсь я калечить этого недотепу, — фыркнул Кириано. — Что с ним, дураком, связываться? Он и без моей помощи набьет столько шишек и синяков, сколько не снилось никому из нас. Зачем его вообще приняли в Ассоциацию спустя два месяца после окончания набора? За какие такие впечатляющие успехи?
— Это действительно неясно, — согласился бывший солдат. — Да только не нам рассуждать о целесообразности. Раз директор Мерток решил взять его на обучение, значит, на то были причины.
— Видимо, родственнички хорошо заплатили, чтобы избавиться от этого растяпы, — встрял воришка.
— Скорее всего, — презрительно усмехнулся Кириано и, оттеснив Ройса плечом, скрылся в туалетной комнате.
А племянник командующего поспешил к койке, чтобы заправить ее и одеться. Он намеренно немного потянул время и снова пристроился где-то в середине процессии, двинувшейся во двор для умывания. Далее все последовало по накатанной колее. Сначала Арр заставил учеников пробежать несколько кругов вдоль забора, затем проследил, как они подтягиваются, после чего погнал на завтрак. Эстив откровенно зевал и так и норовил уснуть то стоя, прислонившись к чему-нибудь, то сидя. Но надо сказать, что Арр относился к нему сегодня гораздо снисходительнее, чем к новому ученику.
Ройс продемонстрировал результаты не лучше вчерашних, зато холодный и мерзкий на вкус компот на этот раз безропотно выпил первым. Надо так надо. Не яд же разливают по стаканам, следовательно, вреда точно не будет. Хотя и польза сомнительна…
После еды настало время теоретического урока. Этим утром наставник Лесток ждал их с изящным, чуть изогнутым полуторником в руках. Рядом с ним беспорядочной кучей были свалены мечи похуже.
— Разбираем оружие! — вроде спокойно сказал Лесток, но его голос разнесся по всему двору.
— Металлолом, вы хотели сказать, — проворчал Витор, сверля кучу с оружием скептическим взглядом. Похоже, он даже не надеялся найти там что-то подходящее для себя.
— Отставить разговорчики! Запомните: любое оружие, даже самое плохонькое, требует уважения и досконального изучения. Даже плохоньким мечом, выкованным человеком, а не гномом, можно сражаться получше многих! Исход поединка на девяносто девять процентов зависит от вашего мастерства, а не от качества стали и красоты гарды, — терпеливо объяснил наставник.
— Но все равно — нам ведь обычно давали возможность тренироваться на собственных мечах, — заметил Кириано с легко читаемым разочарованием на лице.
— И если помните, в последний раз я вас предупредил, что до конца обучения вы их больше не увидите. Наша задача — научить вас приспосабливаться к любому оружию и качественно сражаться с любым мечом, а не только с привычным и хорошо знакомым, — ответил Лесток. — Ну что стоите? Я сказал: разбирайте!
Ученики нерешительно двинулись к куче. Естественно, первыми приблизились аристократы, и каждый вытянул себе экземпляр, показавшийся более-менее приличным. Следом и остальные принялись хвататься за рукоятки, действуя уже не так вдумчиво, как дружки Кириано.
Ройс не пытался никого обойти и побыстрее сделать выбор. Он спокойно стоял за спинами товарищей и ждал, собираясь взять тот меч, который ему оставят. Честно говоря, он вообще не понимал поднявшегося ажиотажа. Им ведь не в реальный бой идти с этими полуторниками, а просто несколько часов продержать их в руках, слушая теорию и пытаясь повторить некоторые стойки и замахи. Они будут учиться, приспосабливаться к новому оружию, а не сражаться насмерть.
— Хватай, птенчик, тебе достался самый шикарный экземпляр, — раздался чуть насмешливый голос Кириано. — Им, наверное, дрова рубили в последнее время. Меч мало того, что с ржавчиной возле гарды, так еще и тупой.
Блондин поднял ботинком рукоятку оставшегося полуторника, подпихнув его к Ройсу.
— Мне все равно, — равнодушно пожал плечами племянник командующего. — И такой сгодится.
— Ага, такой безопаснее ронять себе на ногу, — хохотнул кто-то.