— Я попал сюда не по своей воле, — подчеркнул воришка, — так что, если не хочешь лишиться всего имущества до последней нитки, советую не обсуждать результаты моих учебных поединков и не обгонять меня в рейтинге Ассоциации. И еще учти, кто стал моим покровителем!
«Многовато советчиков на одного развелось», — иронично хмыкнул про себя Ройс. Но его лицо при этом осталось абсолютно бесстрастным. Уж наукой скрывать чувства он владел, можно сказать, в совершенстве.
— Ты избрал Мергатока? Или Фехату? — попытался угадать племянник командующего.
— Он попросил меняпозаботиться о его благополучии и помочь с занятиями! — горделиво выпрямив спину и чуть подняв подбородок, с нажимом пояснил Кириано.
Ройс еле сдержался, чтобы открыто не фыркнуть. Да этот аристократ, никак, себя с всемогущими и всезнающими богами сравнивает!
— Если хочешь, за несколько мелких услуг я и тебя устрою поближе к двери, — снисходительно предложил Кириано. — Согласен? Мне как раз необходимо починить одну из рубашек, а то ведь новую одежду здесь негде достать. Передачи от родственников пропускают очень редко, в исключительных случаях.
Ройс понял, что его хотят использовать фактически как слугу. Это предложение не задело его гордость, но вот здравый смысл советовал наотрез отказаться, и побыстрее. Даже просто подав Кириано рубашку, в глазах остальных учеников он может превратиться в слабохарактерного, угодливого прихлебателя, недостойного их внимания и уважения. Раз аристократ обратился к нему, то другие явно давно отказались, ведь товарищи по оружию должны быть равными, среди них не может быть господ, только старшие по званию. Ройс понимал, что отказом приобретет себе как минимум недоброжелателя, а как максимум — врага. Оставалось надеяться, что Крис быстро вытащит его отсюда, и ему не придется «наслаждаться» сомнительными прелестями противостояния характеров в замкнутом пространстве.
— Извини, Кириано, меня не интересует твое предложение, — твердо, глядя аристократу в глаза, отказался Ройс. — К тому же, должен заметить, что у меня уже есть покровитель. Моя преданность и мои услуги отныне должны принадлежать ему. Боюсь, бог не потерпит конкуренции.
Последняя фраза парня была явной подколкой, намеком на слишком большие амбиции блондина, которые следовало урезонить. Но почему-то больше всего аристократа задело другое.
— Алани Кириано, — с шипением поправил он, подчеркнув свой высокий статус. — Только равные могут называть меня по имени!
— Нанимателю, если он окажется купцом, ты тоже будешь делать подобные замечания? — не удержался от вопроса Ройс.
— Мой объект охраны будет знатен! — уверенно вскинул голову аристократ. — Я лучший в этом наборе! Я первый в рейтинге учеников! Мне отдадут самую выгодную заявку на телохранителя. Таким, как я, направление на работу дает сам император!
— Ну-ну, — пробормотал Ройс, отказываясь спорить дальше. — Желаю удачи.
Однако Кириано почему-то не поверил в его искренность.
— Даже думать не смей о том, чтобы опередить меня в рейтинге! — сузил он глаза. — Лучше сразу засунь свои амбиции…
Ройс заинтересованно посмотрел на аристократа, гадая, позволит ли тому воспитание закончить фразу. Уж у самого племянника командующего, выросшего среди солдат, вышедших в отставку, и слуг, никаких проблем с произнесением ругательств не было. Он, конечно, никогда не прибегал к ним, находясь в императорском дворце, поскольку понимал, что его поведение не одобрят, но морально был свободен и мог на равных поговорить с любым грубияном.
Как и ожидалось, высокомерный блондин остановился на самом интригующем месте и не уточнил, куда именно Ройс должен девать свои несуществующие амбиции.
— Уже засунул, закрыл на замок и ключ выбросил, — чуть насмешливо сказал племянник командующего, поняв, что как бы он ни старался, а с Кириано поладить не сможет. Тот, похоже, заранее для себя решил, что если новичок не согласится стать союзником и слугой, то будет врагом.
Аристократ разгневанно покраснел и сжал кулаки.
— Бесстыжий смерд! — процедил он.
Ройс в ответ вполне мог бы назвать его высокомерным павлином, но сдержался и предпринял еще одну попытку сгладить ситуацию:
— Спокойнее, я ни на что не претендую. Мне нет никакого дела до вашего рейтинга. Я вообще не хочу становиться чьим-то телохранителем. Даже если придется охранять высокопоставленного вельможу, которому ничто не угрожает, и получать деньги за безделье, служа средством для подтверждения высокого статуса.
— Не заговаривай мне зубы! — рассерженно рявкнул Кириано. — В итоге даже те, кто, в отличие от меня, попал сюда не по своей воле, хотят подняться в рейтинге выше. От уготованной судьбы не уйдешь, так лучше встретить ее во всеоружии!
— Ты как будто уговариваешь меня составить тебе конкуренцию, — усмехнулся Ройс. — Вот только не дождешься, я на эту провокацию не попадусь. Я же уже сказал, что не собираюсь никого опережать!
Ставя точку в споре, племянник командующего растянулся на кровати и отвернулся лицом к стене. Сзади раздался звук, похожий на шипение разозленной гадюки. Но аристократ не стал ничего предпринимать, позволив высокородным друзьям утащить его к кровати, так как время, выделенное Лестоком для удовлетворения личных нужд перед сном, истекло.
Несмотря на терзающие его тревоги и надежды, Ройс довольно быстро уснул глубоким сном. У него сегодня был слишком сложный день, чтобы пренебрегать возможностью отдохнуть несколько часов. А то ведь кто знает, что его ждет завтра?
Дартис-то, может, и знает, но вряд ли соизволит сообщить…
Глава 3
ПЕРВОЕ ЗАНЯТИЕ
Проснулся Ройс на рассвете от противного дребезжания колокола во дворе. В голове сразу же всплыли события вчерашнего дня, и он поспешил подняться с кровати, решив, что ни к чему слишком нагло демонстрировать свое нежелание учиться в Ассоциации. Наблюдая за другими, парень быстро переоделся, ибо накануне лег, даже не сняв рубашки, аккуратно застелил койку, улучив момент, на полминутки заскочил в туалет и побежал к выходу из барака. Он пристроился где-то в середине процессии сонных, неумытых учеников, молчком бредущих во двор, как на заклание. Возглавляли шествие трое подтянутых воинов, которым, кажется, шести часов вполне хватило на отдых после пары суток вынужденного бодрствования. Последними шли выглядящие не менее опрятно, но несколько квелые аристократы.
Подумав, Ройс старательно изобразил на лице утомление, скопировав мимику случайного соседа. Настороженно зыркнув исподлобья по сторонам, парень осторожно расстегнул рубашку снизу и продел предпоследнюю пуговицу в последнюю петлю. Вот теперь он вроде не слишком выделялся из толпы и ничем не напоминал ни воинов, ни аристократов, стремящихся к первенству.
Ученики АТеРа цепочкой выстроились возле колодца и по очереди начали умываться. Откуда-то сбоку за этой процедурой наблюдал Арр, криками подгоняя мешкающих.
Ройс тоже плеснул себе в лицо пригоршню воды и поспешно отошел в сторону. Полотенца, естественно, никто не предложил. Парень не стал огорчаться этому обстоятельству и спокойно утерся рукавом, как поступили большинство учеников. Однако его жест привлек внимание Кириано, аккуратно промокнувшего лицо носовым платком.
— Ты смотри-ка! Наш предусмотрительный новичок специально заказал портному вшить полотенца в рукава! А может, я ошибаюсь и ношение рубашки на пару размеров больше связано с тем, что он хочет казаться значительнее? — поддел блондин, пользуясь моментом, пока привратник был занят и не следил за дисциплиной отошедших от колодца людей. — Эй, Аритон, или это пространство для будущих впечатляющих бицепсов?!
Аристократы дружно заржали, забыв о приличиях. Ройс сделал вид, что не расслышал, будто бы обращались не к нему. Он не собирался никому объяснять, почему одежда висит на нем бесформенным мешком. Если им хочется — пусть смеются. Словесные оскорбления он стерпит, постарается быть выше склок с неприятными ему людьми. Главное, чтобы аристократы не перешли к действиям и не попытались с помощью кулаков заставить прислушаться к их словам. Вот ведь нашли объект для упражнения в остроумии! К несчастью для них, Ройс искренне считал, что не на всякое оскорбление стоит обижаться. Если его в пылу ссоры произнес друг или уважаемый человек — то да, а вот на эпитеты недругов и недоброжелателей лучше не реагировать, надо просто выслушать их и мысленно спросить себя: «А правы ли они в чем-то?»