Назревал новый скандал. Но Сузан приказала себе сдерживаться, чтобы не наговорить такого, о чем потом будет жалеть всю оставшуюся жизнь. Поэтому она решила молча пройти мимо мужа. Однако тот преградил ей путь.
— А ну стой! — приказал он.
Этого Сузан перенести не смогла, ее терпение лопнуло. Ни один человек, а тем более муж, не имел права так грубо разговаривать с ней. Она замахнулась на Леонардо, но он перехватил ее руку. Но это не помешало ей выкрикнуть:
— Убирайся с дороги, ты, неандертальский дикарь!
— Я — дикарь?! Да как ты смеешь обзываться?! Ты, женщина, проведшая весь день в объятиях любовника!
— Чушь! Я встретилась с Марком второй раз в жизни!
— И что, это оправдывает твою измену?
— Измену?! — Сузан не верила своим ушам. — Да о чем ты говоришь? Я поехала повидаться с другом, а ты появляешься внезапно, как джинн из бутылки, и сбиваешь парня с ног. И я же виновата? О нет, уволь…
— За кого ты меня принимаешь, за круглого дурака?
— За гнусного, омерзительного типа, который следит за своей женой, потому что считает всех людей такими же порочными и лицемерными, как и он сам! — с негодованием выпалила Сузан и, более не сдерживая праведного гнева, закончила: — Таких, кто «случайно» забывает забрать ключи у бывшей любовницы и думает, что отношения между мужчиной и женщиной строятся лишь на удовлетворении зова плоти.
Леонардо отпустил ее руку, но прежде чем Сузан опомнилась, крепко обнял и жадно приник к ее губам. Не в состоянии бороться с охватившим ее желанием, Сузан обхватила мужа за плечи и прижалась к нему, в душе кляня себя за безволие.
— Что происходит, Сью? Скажи мне, — мягко произнес Леонардо, покрывая поцелуями ее виски, щеки, лоб.
А она словно окаменела от внезапно обрушившихся на нее жарких ласк, потеряла дар речи и лишь оцепенело смотрела на мужа.
Ее молчание возымело обратный эффект. Леонардо окинул жену злым взглядом.
— Не отвечаешь? Что, твой дружок по переписке разочаровал тебя? Оказался не таким опытным, как ты предполагала? И отбил у тебя охоту вообще заниматься сексом с кем-либо? — издевательски спрашивал муж.
Нелепые подозрения ошеломили Сузан, вызвали острую боль в сердце. Ее руки упали с его плеч и безвольно повисли. Она смотрела на мужа и видела перед собой глыбу льда. Самообладанию Леонардо можно было только позавидовать: в то время как неукротимое пламя жгло ее изнутри, муж оставался невозмутимым и холодным как айсберг.
— Ты мне отвратителен, — наконец вымолвила Сузан.
— Лжешь, — прищурившись возразил муж и отступил на шаг. — Я могу овладеть тобой здесь и сейчас, и ты не станешь сопротивляться…
Сузан с горечью посмотрела на того, кто был ее мужем, кто, как ей казалось, если не любил, то хотя бы относился к ней с уважением. Высокий, атлетически сложенный, очень привлекательный… Не может быть, чтобы ее сердце было отдано этому до кончиков ногтей порочному человеку!
— Ты необычайно сексапильная женщина, дорогая, — глумливо продолжил он. — Но я никогда не подъедал за другими мужчинами и не собираюсь изменять своей привычке. То, что мы женаты, не имеет особого значения, — можно и развестись. Даю тебе час на сборы. Если что-то забудешь, вышлю тебе позже в Саутендон-Си. Мой адвокат свяжется с твоим на следующей неделе. Отныне я не желаю видеть тебя, — отчеканил он и ушел, громко хлопнув дверью.
Первым побуждением было броситься за мужем, все объяснить, рассказать историю знакомства с Марком. И Сузан шагнула к двери, но затем остановилась в нерешительности. Этот самодовольный тип слушает только себя и не способен понимать других. Ему неведомы искренние чувства, и он никогда не любил ее. А посему все попытки примирения окажутся напрасными. Пусть думает, что она изменила ему с Марком, это его дело. Ей следует быть гордой, и, если муж гонит ее из дому, она не станет унижаться перед ним и уйдет. Но Леонардо никогда не узнает, как безмерна ее любовь к нему.
Прошел месяц. Сузан сидела за столом в офисе и механически перебирала почту, доставленную курьером. Мысли ее, однако, были заняты отнюдь не делами компании. Сегодня утром она посетила клинику, и сделанные накануне анализы подтвердили ее беременность. Поначалу Сузан не придала особого значения приступам тошноты и легкому недомоганию по утрам, так же как и нарушению месячного цикла, списав это на жару и многочисленные нервные перегрузки. Теперь перед ней встала новая проблема: сообщать или нет об этом Лео. Подумав, Сузан приняла решение скрыть от мужа свою беременность и растить ребенка одной.
Она вернулась к разбору почты. В первом конверте оказался чек, второе письмо было адресовано ей, как главному держателю акций «Хадсона», и содержало приглашение на внеочередное собрание, созываемое «Селко пропертиз» в ближайшую пятницу. Предстояло рассмотреть направление и перспективы деятельности компании. Для проведения собрания был специально забронирован номер в лучшей гостинице города.
У Сузан потемнело в глазах: в этой самой гостинице праздновали их бракосочетание. Как жестоко! Мало того, что Леонардо издевательски адресовал письмо ей, как «главному держателю акций», каковым на самом деле являлся он сам. Ему непременно захотелось увидеть ее унижение именно там, где еще несколько месяцев назад она считала себя самой счастливой на свете и свято верила в незыблемость брачных уз.
Обхватив голову руками, Сузан задумалась. Ей с таким трудом удалось наконец заставить себя не вспоминать ежеминутно о Лео и счастливых днях, проведенных с ним, а тут это приглашение! На глаза сами собой навернулись слезы. Но нет, решила Сузан, этот чванливый индюк не достоин даже крохотной моей слезинки!
Вышвырнув из дома, он полностью вычеркнул ее из своей жизни. И когда через неделю после отъезда она, поборов гордость, позвонила в Олдборо-мэнор, миссис Симпс вежливо ответила, что мистер Вальцони не желает говорить с ней и просит все переговоры вести через его юриста мистера Морелли. В тот раз, так же, как и после возвращения в Саутендон-Си, Сузан проплакала всю ночь.
А неделю спустя пришли бумаги на развод, в которых упоминалось имя Марка Гибсона. Вначале ей показалось, что она неправильно поняла текст документа. Но, прочтя еще раз, Сузан побагровела от злости. Она связалась со своим адвокатом мистером Доулом и потребовала составить встречный иск с привлечением к разводному процессу Катрин Дюбуа. После этого установилось временное затишье. До сегодняшнего дня.
Сузан нервным жестом убрала непослушную прядь со лба и вновь посмотрела на приглашение. Несмотря на потрясение, она была готова к такому повороту событий, знала, что рано или поздно случится нечто подобное. Леонардо выполнил свою угрозу и превратился в безжалостного противника: он вываляет в грязи не только ее, но и ни в чем не повинного Марка, а также попытается сместить с поста главы фирмы.
Да, здесь он выиграл. Этот самоуверенный и беспощадный человек никогда не оставляет задуманного. Но он проиграл в другом: Леонардо никогда не узнает, что она носит под сердцем его дитя, не увидит своего ребенка. Сузан мстительно улыбнулась этой мысли.
Ей вспомнился день, когда они впервые гуляли по Саутендон-Си, взявшись за руки. Тогда он сказал ей, что мечтает жениться на ней и хочет, чтобы она стала матерью его детей. Она с радостью согласилась, наивно полагая, что Леонардо сказал правду. На самом же деле, помимо принадлежащей ей компании, его привлекла скрытая в Сузан сексуальность, чем он рассчитывал попользоваться в свое удовольствие.
Однако Леонардо повел себя с Марком, как варвар, грубый дикарь, считающий, что добыча достается сильнейшему. Но она и ее ребенок не приз, их любовь надо заслужить. Если Леонардо мнит себя Цезарем, то его жена должна быть вне всяких подозрений…
Легкий скрип отворившейся двери прервал грустные размышления Сузан. Вошел Питер и, озабоченно глядя на нее, спросил:
— Что случилось? Ты ужасно выглядишь. Она молча протянула ему письмо.