— Мик, Фолетта все время лгал. Я выяснила, что он собирается перевестись в Тампу, чтобы стать директором новой клиники с максимумом охраны. На следующей неделе тебя переведут.
— Помоги мне сбежать.
— Я не могу…
Она встала, заметив приближающегося доктора Блэквелла.
— Интерн, я не знал, что вы поклонница «Стар трека». Неужели этот фильм важнее моих сеансов терапии?
— Нет, сэр. Я просто… я просто проверила, все ли в порядке с этим пациентом. Он чуть не упал с кресла.
— Для этого у нас есть санитары. Вот, возьмите. — Он передал ей толстую пачку историй болезни и увел прочь от Мика. — Я хочу, чтобы вы обновили каждую карту и разложили их в алфавитном порядке. На это у вас есть примерно час. И не забудьте записать результаты сегодняшней сессии терапии, когда закончите, можете присоединиться к нашей команде в конференц-зале на втором этаже.
— Да, доктор.
— И еще одно, интерн. Держитесь подальше от пациента доктора Фолетты.
Десятиметровый рыбацкий катер «Ламантин», залитый золотым светом заходящего солнца, бороздил невысокие волны, направляясь на юго-восток.
Под палубой Из Акслер налил себе кофе, пока его приятель Карл Рубен готовил ужин на маленькой плите.
Вышедший на пенсию дантист вытер лысину кухонным полотенцем и протер запотевшие толстые стекла очков.
— Господи, ну и жарко здесь! Далеко еще до этого твоего загадочного местечка?
— Еще три мили. Что у нас на ужин?
— Я тебе уже говорил: жареная дорада.
— Это мы ели на обед.
— Поймаешь лобстера — будешь есть лобстера. Расскажи мне об этом месте. Ты сказал, что там нет рыбы?
— Совершенно верно. Мы называем это «мертвой зоной».
— А почему мертвой?
— Не знаю. Именно поэтому собираюсь посмотреть на нее собственными глазами.
— И долго ты собираешься держать нас в этой мертвой зоне?
— А до ужина еще долго?
— Двадцать минут.
— Ну, если нефтяная вышка окажется там, где я предполагаю, то выберемся оттуда к десерту.
Из вышел из камбуза и поднялся на палубу, полной грудью вдыхая соленый морской воздух, пришедший на смену запаху жарящейся рыбы. Для него, Карла и Рекса Симпсона ежегодные пять дней рыбалки были настоящим праздником жизни. После долгого сезона ураганов вода в заливе успокоилась, погода наладилась — теперь условия для путешествия и рыбалки были просто идеальными. За два дня они поймали дюжину дорад, восемь желтохвостов и одного морского окуня. Подставив лицо лучам заходящего солнца. Из закрыл глаза и глубоко вдохнул. Теплый морской ветер ласкал его загорелое лицо.
Звук глухого удара заставил его обернуться. Рекс возился с кислородным баллоном: проверив его на плавучесть, он затаскивал баллон на палубу.
— Хочешь понырять, Рекс?
Пятидесятидвухлетний владелец клуба охотников за сокровищами Санибела обернулся через плечо.
— Почему бы и нет? Раз уж рыбалки в этом твоем загадочном местечке не предвидится, я подумал, что неплохо бы заняться ночным дайвингом.
— Я не уверен, что там будет на что смотреть. — Из уселся в капитанском кресле, взял бинокль и осмотрел пустой горизонт, а потом сверил их местонахождение по глобальной системе навигации. — Странно.
— Что странно?
Из выключил автопилот и заглушил мотор «Ламантина».
— Мы прибыли. Это оно, то место, о котором я вам говорил.
— Но здесь нет ничего, кроме воды. — Рекс собрал длинные седые волосы в хвост. — Мне кажется, ты говорил, что здесь будет нефтяная вышка.
— Кажется, я ошибался. — Из включил радиосвязь с берегом. — «Ламантин» вызывает Альфа-Зулу-три-девять-шесть. Альфа-Зулу, ответьте. Эд, ты там?
— Слышу вас, «Ламантин». Как рыбалка?
— Неплохо. В основном дорады и желтохвосты. Утром Рекс поймал окуня. Эд, мы добрались до места, находимся над центром кратера Чикшулуб. Здесь ничего нет.
— Никакой нефтяной вышки?
— Вообще ничего. Но погода прекрасная и море спокойное. Думаю, мы останемся здесь на ночь, и я закончу некоторые тесты.
— Будьте осторожны.
— Будем. Я еще выйду на связь.
Теперь солнце казалось тающим кроваво-красным мячом, лежащим на горизонте по левому борту. Из допил кофе и включил бортовой сонар, чтобы проверить глубину морского дна.
Больше двух тысяч миль.
Рекс смотрел, как Изадор роется в трюме.
— Эй, Из, проверь свой компас, он танцует мамбу.
— Я знаю. Под нами, ниже морского дна, находится огромный кратер километров на сто в диаметре. Мы сейчас очень близко к его центру, а оттуда идет очень сильное магнитное излучение.
— И что ты делаешь?
Из присоединил подводный микрофон к длинной бухте оптического кабеля.
— Хочу прослушать, что творится внизу. Вот, держи этот микрофон и опускай его за борт. Потом медленно разматывай кабель.
Из взялся за другой конец кабеля, присоединил его к амплитудному модулятору и, включив компьютер, подсоединил его к акустической системе, вставил наушники в разъем и прислушался.
Святой Боже…
Рекс обернулся.
— Микрофон погружен. Что ты там слушаешь? Синатру?
Из передал ему наушники.
Звуки ударов явно металлического происхождения, перемежающиеся с работой гидравлического поршня и скрипом шестеренок, заполнили уши Рекса.
— Это что еще за фигня?
— Я не знаю. Неделю назад SOSUS засекла там звуки. Их источник находится примерно на милю ниже морского дна. Потому я и решил, что это нефтяная вышка.
— Довольно странно. Ты кому-нибудь сообщил?
— Написал рапорт военно-морскому флоту и в Национальное управление океанографии и атмосферы, но они пока не ответили.
— Плохо, что мы не взяли «Барнакл».
— Я не знал, что твоя субмарина может опуститься настолько глубоко.
— Черт, да она еще не то может. На Багамах я спускался на две тысячи метров.
Карл с раскрасневшимся от жара лицом выбрался на палубу.
— Ребята, вы есть идете или как?
Звездный гобелен раскинулся по безоблачному небу.
Карл прислонился к ригелю, в третий раз за сегодня перебирая содержимое своего ящичка с инструментами. Рекс был внизу, убирал после ужина, а Из слушал подводные звуки из капитанской рубки.
— «Ламантин», ответьте.
— Говори, Эд.
— Я тут прослушала SOSUS. Шумы стали громче и чаще.
— Я знаю. Больше всего это похоже на грохот локомотива.
— Из, я думаю, вам лучше убраться оттуда. Из?
Звуковая волна раскаленной иглой вонзилась в его барабанную перепонку. Из сорвал с головы наушники, упал на колени от боли, чувствуя, что теряет ориентацию в пространстве и ничего не слышит, кроме звона в ушах.
— Рекс! Карл! — Он услышал лишь приглушенное эхо.
Волна неземного зеленого света ослепила его. Капитанская рубка и все предметы в ней переливались отраженным изумрудным светом, идущим от воды.
Рекс поднял Иза на ноги.
— Ты в порядке?
Из кивнул, в ушах у него все еще звенело. Двое мужчин, споткнувшись об акваланг, вышли на палубу и присоединились к Карлу, слишком увлеченные слепящим светом, чтобы увидеть дымок, поднимающийся над приборной доской и электроникой рубки.
Господь всемогущий…
Из и его друзья ошеломленно смотрели на море. Освещенные идущим из-под воды светом, их лица стали призрачно-зелеными.
«Ламантин» покачивался в центре огромного светового круга никак не меньше мили в диаметре. Из перегнулся через борт, изумленный нереальной видимостью. Ее создавал раскаленный подводный маяк, который находился где-то в морских глубинах примерно в полумиле под ними.
— Из, Рекс, ваши волосы!
Карл указал на их волосы — те встали дыбом. Рекс потрогал свой «хвостик», который теперь торчал над головой, словно индейское перо. Из пригладил волоски на руках, заметив искорки статического электричества.
— Что за чертовщина? — прошептал Карл.