Даниэль Зеа Рэй
Эльф
![Эльф elxfoblozhka2.jpg](https://litlife.club/books/144573/read/images/elxfoblozhka2.jpg)
Пролог
'Я хочу, чтобы ты на всю свою жизнь запомнила те шесть правил, что я расскажу тебе.
Первое. Никогда не полагайся на свое зрение. Ты должна чувствовать объекты и рассчитывать только на это чутье.
Второе. Ты отличаешься от остальных людей по известным тебе причинам. Ты должна научиться жить с этим, потому что другого выхода у тебя нет.
Третье. Не привязывайся к окружающим и никогда не давай им ложных надежд.
Четвертое. В жизни ни на кого не полагайся, потому что ты единственная, кто не сможет себя предать.
Пятое. Никогда не пересекай границу Великобритании. Там они быстрее найдут тебя.
И шестое. Всегда помни, что мамочка больше всего на свете любила тебя'.
Это было единственное, что у нее осталось от матери. Записка, написанная ее рукой, в которой мама в тысячный раз напоминала ей о простых правилах ее жизни. Ей было тогда пятнадцать. Это не так уж и мало, но и недостаточно много для того, чтобы остаться одной в этом чуждом ей мире. Новый дом, новая жизнь, иная дорога и уродливая внешность. Стоит ли бороться? Да, стоит. Она выживет, она не предоставит им возможности так просто разделаться с ней. Она отомстит. Пусть не сейчас, но потом — обязательно.
В то же самое время он сидел на стуле перед Эльзой, старой провидицей, которую все вокруг не столько почитали, сколько боялись. Полумрак и скудное освещение от пылающих на столе свечей лишь усиливали впечатление нереальности происходящего. Ему двадцать один год, а он был вынужден не только прийти к старухе и выслушать весь тот бред, который она поведает ему, но еще и рассказать об этом остальным. Такова традиция его семьи.
— Девушка поведет тебя за собой. Она станет всем для тебя, смыслом твоей жизни, твоей единственной, твоей женой. Она так прекрасна!
— Ты видишь ее, Эльза? Кто она? Я ее знаю?
— Ты почувствуешь ее вначале. Только это, но потом, когда взглянешь по-настоящему, не сможешь отвести глаз.
— Когда мы встретимся?
— Не скоро.
— Что еще ты скажешь?
— Ее слепота спасет тебя.
— Что? Слепота? Она слепая, Эльза?
Старуха открыла глаза и посмотрела куда-то вдаль.
— Абсолютно слепая, мой мальчик…
Глава 1
Восемь лет спустя. Наши дни.
Она проснулась в седьмом часу утра. Ей опять приснился кошмар, и снова она не могла вспомнить его содержание. Сон растворился в сознании, словно сахар в слишком крепкой заварке, оставив после себя приторный привкус, заглушающий нечто терпкое и неприятное. Она не спешила вставать с кровати. Сегодня ей не нужно идти на работу, точно так же, как и к своему врачу.
Толчком к развитию ее болезни стала смерть матери. Теперь она фригидна. И не потому, что не получала удовольствия в постели. Если честно, до постели ей было еще очень далеко. Она ничего не испытывала по отношению к противоположному полу, так же, как и к своему собственному. Ничего, кроме, пожалуй, какой-то жалости и зависти одновременно.
Она могла точно определить, симпатичен ей мужчина или нет, но когда речь заходила об ее эмоциях, ее отношении к нему и возможности возникновения близости, здесь подкрадывалась пустота. И еще неприязнь.
Фрэд, ее врач, давно пришел к выводу, что она окончательно замкнулась в себе. Что первопричиной к такому поведению стали особенности ее внешности, которые она с детства так тщательно скрывала.
'А кто бы не скрывал?' — парировала она.
Девушка перевернулась в постели и, скинув с себя одеяло, рывком поднялась. Голова ее закружилась и к горлу подступила тошнота.
'Не стоило вчера открывать новую бутылку', - подумала она и сползла с кровати.
Посмотрев на свое отражение в зеркале в ванной, она скривила лицо. Безусловно, вчерашняя вечеринка с сотрудниками в честь очередного отпуска удалась. Об этом свидетельствовали не только заплывшие веки и раскрасневшиеся глаза, но и пульсирующая головная боль, сокрушающая ее тело.
— И это — взрослый образованный человек, — проговорила она себе под нос и потянулась за зубной щеткой.
— Я же просил тебя не напиваться! — проорал своим громким командным басом Михаил.
— Какого шорта ты шдэсь дэлаэшь?
— Вынь щетку изо рта и говори внятно!
Она сплюнула пену от зубной пасты в раковину и повернулась к дяде Мише:
— Ты слышал, что я сказала.
— Я нашел то, что тебе нужно.
— Что именно?
— Адрес.
— Где?
— В Лондоне.
— Черт!
— Это значит, что ты передумала и не станешь искать на свою задницу приключений?
— Я поклялась найти ответы. И никакой Лондон меня не остановит.
— Тобой движет желание отомстить, а это — плохо. Вдруг этот человек ни в чем не виноват?
— Как же! Деньги присылает регулярно, и ни в чем не виноват?
— Но мать просила тебя не соваться в Великобританию.
Она повернулась и посмотрела на Михаила исподлобья:
— Ты научил меня тому, что не смогла дать мне мать. Я никого из них не боюсь, понятно? И прятаться, как это всю жизнь делала она, я не стану.
— А ты не думала о том, что мать желала тебе другой участи? Остановись, ты же молода, у тебя еще все впереди! Забудь о мести. Пройдет время, все уляжется. Возможно, ты даже встретишь кого-нибудь…
— Ты вообще сейчас о ком говоришь?
— О тебе!
— Посмотри на меня! Внимательней посмотри! — закричала она, размахивая своей зубной щеткой у него перед носом.
Дядя Миша рывком приблизился к ней и, схватив за шею, повернул ее голову к зеркалу.
— Я могла сломать тебе руку…
— Могла, но не сломала. Посмотри на себя. Что ты видишь?
— Урода.
— Неправильный ответ. Что ты видишь?
— Лицо.
— Оно красивое?
— Нет.
— Оно красивое? — повысил голос дядя.
— Не знаю.
— Красивое. Посмотри на себя, ты — красива. Просто, это — другая красота, необычная.
— Нужно было их отрезать.
— Это бы ничего не изменило, ты же понимаешь? Они твои, вот и все.
— Ужасно…
— А мне они нравятся. Прямо, как эльф! — засмеялся дядя Миша и отпустил ее.
— Перестань издеваться. Так что там, с Лондоном?
— Я заказал билет. Вылет в час дня. Так что давай, пошевеливайся.
— В час? Уже десять, я не успею!
— В камере хранения в аэропорту есть вариант на 'черный день'. Надеюсь, он тебе не понадобиться.
— Как тебе все это удается?
— Деньги. Твои, кстати.
— Ладно. Выходи, мне еще душ принять надо.
— Похмеляться будешь перед вылетом?
— Нет, я не пью по утрам.
— Тогда — аспирин.
— Спасибо.
— Я обещал твоей матери позаботиться о тебе.
— Все равно, спасибо.
— Если бы она знала, что ты собираешься сделать, убила бы сначала меня, а потом, собственно, и тебя.
— Но, она не знает. Да, и не узнает никогда…
— Они хотят встретиться на нейтральной территории и обговорить условия этого соглашения, — докладывал Мортон, младший брат Главы клана и его правая рука.
— Я пойду один, — ответил он.
— Это неприемлемый вариант, тебе так не кажется? Я буду поблизости. Возьму твою Хиант с собой. Она мне спуска не даст.
— Ты же знаешь, что она не моя, — засмеялся он. — Так, просто проводим время вместе.
— А Хиант осведомлена о твоем отношении к этому? — поинтересовался брат.
— По-моему, в этом клане даже дети знают, что я женюсь на слепой. Так что, какие здесь могут возникнуть вопросы? — снова засмеялся он.
— Ты не выносим. Я сочувствую твоей жене. Встречать вокруг себя стольких женщин, с которыми спал твой муж — это, должно быть, очень неприятно. Об этом ты подумал?
— Она же будет слепой. Так какая разница, если она их все равно не увидит? Кроме того, я что, должен вести монашеский образ жизни до встречи с ней? Так и состариться недолго!