— А она что здесь делает? — поинтересовалась я у Генки, когда приметила Свету на веранде. Та сидела в уголке и книгу читала. — Ваньки не будет несколько дней, пусть домой едет.
— Она останется, — как бы между делом ответил Завьялов.
Я зло на него уставилась.
— Ей что, и за это платят? Чтобы она на диване сидела?
Он поднял на меня холодный взгляд и повторил:
— Она останется.
Если бы за столом не было Влада, я бы, конечно, поспорила, и почему-то уверена была, что выиграю, а при чужом человеке я ничего сказать не смогла. Пришлось губы поджать и проглотить — и его тон, и его слова, и требования. Гордо отвернулась, а Влад совсем некстати ляпнул:
— От вас можно лампочки зажигать.
Генка замер, а я не с первой попытки смогла кусочек тоста проглотить.
— Ты о чём?
Владька, кажется, сам не понял до конца, о чём он, просто ляпнул, не подумав, что первое в голову пришло, и поэтому лишь плечами пожал.
— Вы так смотрите друг на друга.
Генка из-за стола тут же поднялся, стул по полу ножками проскрежетал, и молча из столовой вышел. Влад ему в спину посмотрел.
— Странный тип.
— Почему странный? — насторожилась я.
— Он всё время за тобой наблюдает. Или так положено?
Я только рот открыла, а что сказать, не знала. В конце концов, согласилась.
— Да, наверное. Положено.
День выдался жарким. Мы собирались в Суздаль поехать, но передумали, как только вышли под палящее солнце. И в итоге решили пойти на озеро, покупаться, позагорать, просто отдохнуть. Собирались мы втроём: я, Никита и Влад, но с нами, конечно, Генка пошёл, за которым Света увязалась. И в итоге на искусственном пляже на берегу озера мы оказались большой компанией. Я на Генку старалась внимания не обращать, отвернулась от него, расстелила большое полотенце, и украдкой оглянулась, только когда голос Светы услышала. Они с Завьяловым беседовали о чём-то своём, я слышала его лёгкий тон, её смех, и меня от перенапряжения затрясло. Сняла платье, оставшись в ярком бикини, Никите улыбнулась, и снова кинула быстрый взгляд через плечо. Генка ко мне спиной стоял, в одних шортах, руки в бока упёр, а я невольно задержала взгляд на его татуировке в виде каких-то непонятных знаков. Они поднимались по позвоночнику от самой поясницы и заканчивались на уровне его лопаток. Генка говорил, что это руны, даже как-то целую историю мне рассказал о том, что они означают. Я, конечно, ни единому слову не поверила, в историю, в смысле, но татуировку эту любила. Он её года два назад сделал, чего я от него совсем не ожидала, до этого у Генки ни одной не было, а когда я говорила, что его татуировка мне безумно нравится, даже смущаться начинал. Мы столько друг про друга знаем, подумать только… А вот сейчас, я смотрю на него, и повторяю про себя, что он чужой. Чужой, чужой, почти женатый, что просто невероятно, и это всё меня с ума сводит.
Я на полотенце легла, тёмные очки на нос нацепила и оттолкнула руку Никиты, которую тот нагло пристроил на моём бедре. Никита рассмеялся, наклонился к моему уху, прошептал какую-то глупость, а я заметила, как Генка в этот момент оглянулся и в нашу сторону посмотрел. Я улыбнулась, именно реакции Завьялова, но голову склонила к плечу Никиты. А когда возможность появилась, принялась с интересом Свету разглядывать. Она, к тому моменту, тоже осталась в одном купальнике, и мне показалось, что немного стесняется этого. Постоянно что-то поправляла и за Генку пряталась. Хотя, фигура у неё неплохая, вот только уверенности в себе ей не хватает. Как говорит Фая: она не умеет себя подать. В отношении Светы, в самую точку. Я намётанным глазом определила все её проблемы: она чуть сутулится, голову не поднимает так высоко, как надо бы, улыбается чуть смущённо, но при этом так мило. Это и злило больше всего: что она такая милая и нежная, на самом деле, как Цветочек. А я? Я точно не цветочек, я — Васька, и только иногда становлюсь котёнком, и то далеко не нежным и пушистым.
— С тобой всё в порядке?
Я кивнула. Никита обнял меня рукой.
— Пойдём купаться?
Я снова посмотрела на Завьялова, и решительно поднялась.
— Давайте лучше на лодке покатаемся, — предложил Влад. — Там у причала лодки привязаны, я видел. Ася, их можно брать?
— Можно.
— Вот! Пошли?
Генка услышал наш разговор и в нашу сторону повернулся.
— Там глубоко, — сказал он.
— Так мы же на лодке, а не вплавь!
— В… Ася!
Я намеренно небрежно отмахнулась от него.
— Ген, успокойся. Что я, на лодке никогда не каталась?
Он ничего не ответил, только смотрел недовольно.
Мы втроём дошли до причала, выбрали лодку, ребята первыми спустились, а потом Никита руки ко мне протянул, чтобы помочь спуститься. Лодка под нами качалась, я едва не упала, за Никиту ухватилась и рассмеялась.
— Хватит обниматься, — прикрикнул на нас Влад. — Ась, сядь, мы перевернёмся сейчас.
Я села на лавочку, очки на лоб подняла, подвинулась, чтобы Никита сел. Руки на его плечо положила и довольно улыбнулась. Ребята взяли по веслу, и мы поплыли. Владька шутил, дурачился, веслом плашмя ударил по воде, обдав нас веером брызг. Первый раз это было смешно, второй терпимо, а вот в третий я сама на него прикрикнула.
— Блин, Влад, я сырая с головы до ног!
— Так мы же на реке, чего ты переживаешь? — Владька снова по воде ударил и громко рассмеялся, когда Никита на него замахнулся в шутке. Лодка опасно покачнулась, я в Никиту вцепилась, а Влад ещё сильнее заржал.
— Прекратите! — потребовала я. — Что вы как маленькие? Тут же глубоко!
— Да мы не так далеко отплыли, не может быть здесь прямо уж очень глубоко.
— Я проверять не хочу, — заверила я Влада.
— А я хочу. — Он на ноги поднялся. — Надеюсь, кое у кого силёнок хватит одному до берега догрести. А?
— Ты не захвастался?
Влад через плечо обернулся, продолжая стоять посреди лодки, сделал неприличный жест в сторону брата, а я глаза закатила, уже не рада была, что поплыла с этими дураками. Я Влада по спине кулаком треснула, не сильно, просто хотела, чтобы он кривляться перестал, и в этот же момент Никита с лавки поднялся, хотел Владу подзатыльник дать, тот его руку перехватил, смеясь, а тут и я влезла со своим ударом по спине, в общем, лодка резко накренилась, и прежде чем я успела опомниться, мы все оказались в воде. В первый момент я даже не испугалась, ушла под воду, ещё до конца не понимая, что произошло, забарахталась, а потом лодка перевернулась и накрыла нас сверху. Нам ещё повезло, что никому не попало по голове. Но я и без этого запаниковала и ещё глубже под воду ушла, не зная, что мне делать и как на поверхность вынырнуть. Мне даже показалось, что в один момент темно и тихо стало. Воздуха в лёгких уже не было, и в ужасе забарахталась, не понимая, почему мне никто не помогает и наверх не вытаскивает. Когда всё-таки сумела сделать рывок и вырвалась на поверхность, тут же задохнулась и закашлялась. И услышала, как Никита с Владом ругаются.
— Ты придурок, я же тебе говорил! — орал на брата Никита.
Они были где-то рядом, но я даже не понимала толком — где. Только барахталась, никак не могла справиться с паникой и ужасом. И, наверное, от этого снова под воду начала уходить. Развернулась резко и увидела, как с причала Генка в воду прыгает. Я попыталась за Никиту схватиться, не дотянулась и вот в этот момент захлёбываться начала. Никита меня подхватил, но это мало мне помогло, я уже почти ничего не соображала и только его за собой под воду тянула. Мне показалось, что целая вечность прошла, прежде чем я почувствовала другие руки, которые меня наверх вытянули, я, отплёвываясь и кашляя, на Генку дикими глазами посмотрела и тут уже вцепилась в него мёртвой хваткой.
— Гена… — У меня даже голос был чужой: хриплый, перепуганный, а он меня одной рукой под мышки подхватил и потянул за собой к берегу.
— Голову выше держи, — отрывисто проговорил он. Я как могла, шею вытянула, пыталась вдохнуть поглубже, но ничего не получалось. Лёгкие огнём горели, горло нещадно драло, и глаза слезились, но хоть не страшно уже было, Генка меня надёжно держал и уже через несколько минут мы были у берега. Я когда дно под своими ногами почувствовала, даже не сразу поверила. Правда, почти тут же выяснилось, что идти я не могу, у меня колени тряслись — и от пережитого ужаса, и от дикой усталости. Завьялов сам на ноги поднялся и меня на руки подхватил, причём довольно легко. Я к его груди прижалась и руками его за шею обхватила. Снова закашлялась.