И всё-таки уверенности у талха не было. Оставить мальчика в Городе, для Правителя казалось нелогичным поступком. С трудом верилось, что Он покидает Столицу без ребёнка. Надежда, что мальчик избавит Город от болезни без названия? Уд не знал. Чтобы убедиться, он рискнул и остался в непосредственной близости от кареты Правителя.
Талх отстранился от происходящего, направив всю мощь своей интуиции на карету и эскорт. Когда стук множества конских копыт и скрип колёс стал стихать, Уд пришёл к выводу, что Правитель мальчика не взял. Получалось, мальчика используют где-то в Городе. На это указывала и малочисленная охрана опустевшей резиденции Правителя. Если бы мальчика держали здесь, гвардейцев было бы куда больше.
Уд поспешил на поиски. В отличие от Драго он был на лошади, ему понадобилось меньше часа, когда его зоркий глаз уловил повозку и бордовый плащ гвардейца. Уд приготовил оружие. Спрятал в левый рукав плаща кинжал, вложил в арбалет стрелу. На его стороне была неожиданность. Пока воины поймут, что к ним приблизился вовсе не гвардеец, некоторые из них будут мертвы. Если даже среди них тот крупный блондин, которого изображал Уд, гвардейцы всё равно потеряют несколько драгоценных секунд. Главное - быстрота и ошеломление.
Уд пришпорил и без того замученное животное.
Навстречу вышел гвардеец с уродливой, деформированной головой. Он улыбался. Невероятно, но в данный момент крупного блондина, входившего в четвёрку, возле дома не было. И судя по реакции его оставшихся партнёров, этого блондина ждали. Уд обнаружил, что перед ним всего трое гвардейцев: кроме подходившего воина, один на крыльце, ещё один за деревом на противоположной стороне улицы. Наверняка это не все. Кто-то находился в доме, но и тех, что располагались на улице, Уд мог заметить не всех.
Уд остановил коня. Не желая ошибиться в количестве воинов, он негромко крикнул:
- Все ко мне! Новый приказ!
Талх рассчитывал, что воин в доме его не услышит. Но услышат все, кто находится возле дома. Однако никто больше не появился: их было трое. Слезая с коня, Уд заметил, что воин, стоящий рядом, по-видимому, заподозрил неладное. Наверное, Уд не верно изобразил голос светловолосого. Гвардеец потому и различил несоответствие, что находился ближе других. Он всмотрелся в Уда, когда тот повернулся к нему, но чтобы узреть обман, ему понадобилось бы значительно больше времени.
Талх аккуратным, незаметным движением всадил ему в живот кинжал по самую рукоятку. Воин чуть согнулся, будто хотел обнять светловолосого напарника, но двое других этого не заметили. Гвардеец с деформированной головой не был убит наповал, но это не имело значения, главное, он не мог вскрикнуть, подать сигнал. Придержав его, Уд выстрелил из арбалета в гвардейца, что переходил улицу, его лицо было изуродовано шрамами. Тот вскрикнул и, сжимая руками стрелу, вошедшую в грудь, повалился на землю.
Уд отпихнул гвардейца, смертельно раненого кинжалом, перехватил кинжал за лезвие.
Воин, стоявший на крыльце, растерялся. Он видел, что произошло, видел напарника со стрелой в груди, но светловолосый гвардеец был из своих и потому, казалось, не имел отношение к этому убийству. Будь у воина секунда-другая, быть может, талху пришлось бы потрудиться, но Уд не дал ему этого времени. Он сделал всего лишь шаг и метнул кинжал. Лезвие прошило гвардейцу шею. Зажимая ладонями фонтанирующую кровью рану, гвардеец ещё несколько секунд оставался на ногах.
В два шага Уд достиг крыльца. Всё получилось не только быстро, но и просто, легко. Но талх помнил - за дверью минимум ещё один воин.
Прежде чем дверь открылась, Уд совершил хитрость, которая ввела бы в заблуждение любого, будь-то талх высочайшего уровня или один из лучших воинов Правителя. Уд по-прежнему выглядел, как светловолосый гвардеец. То же самое увидел и воин, находившийся в доме. Когда он, распахнув дверь, возник на пороге с заряженным арбалетом в руках, Уд стоял к нему боком, как бы целясь в кого-то на улице. Воина звали Гурин, и Уд знал, что он самый опасный из четвёрки гвардейцев, двое из которых только что были убиты. Если бы Уд не повернулся к нему боком, скорее всего, они бы убили друг друга, не важно, кто быстрее выпустил бы стрелу. Слишком близко они стояли, Уд никак не смог бы увернуться.
Своим алогичным в данной ситуации поступком Уд обманул гвардейца.
Гурин слышал шум и понял, что происходит стычка. Он едва не выпустил стрелу, распахнув дверь. Он приоткрыл рот, но никакого вопроса не задал, лишь отступил на шаг, отыскивая взглядом невидимого противника, в которого целился светловолосый напарник.
Уд рывком сместил арбалет вправо и выстрелил.
Несмотря на выстрел в упор, несмотря на падение, Гурин оставался жив и боролся до конца. Он вытянул кинжал, который держал в сапоге, попытался метнуть в талха. Его движения были замедленными. Без лишней спешки Уд вложил новую стрелу и, поглядывая вглубь дома, повторным выстрелом добил гвардейца. Гурин, распластавшись на пороге, испустил дух.
Уд переступил через него, вложил очередную стрелу. Когда он увидел комнату, где находилась семья хозяина, интуиция с опозданием сказала, что в доме есть кто-то ещё. Кто-то вооружённый.
Дальнейшее произошло молниеносно.
Уд заметил мальчика и одновременно уловил движение. Мальчик находился левее направленного вперёд арбалета, он сидел, склонившись над неподвижным мужчиной. Тот, кто был вооружён и ждал непрошеного гостя, располагался правее. Уд не мог уже отпрянуть, он мог лишь стрелять. Если бы он выстрелил в мальчика, то наверняка был бы убит или, в крайнем случае, ранен так, что противник без труда одолел бы его. При этом Уд, скорее всего, выполнил бы задание.
Однако Уд выстрелил в противника. И не потому, что, уничтожив ребёнка, хотел жить. Просто, не ликвидировав соперника, он не мог быть уверен, что выпущенная им стрела, лишит мальчика жизни. Уд хотел лично убедиться, что сделал это. Мальчик ведь необычный, ребёнок из Пророчества.
Противник выстрелил одновременно с ним.
Когда Уд почувствовал в своём теле глубоко вошедший инородный предмет, он обнаружил, что противником являлся... Драго. Уд не удивился. Он никогда ничему не удивлялся. Уд лишь поймал себя на мысли, что, знай он о том, кто ему противостоит в этом доме, он бы выстрелил в мальчика, не надеясь расправиться с ним после подобной дуэли. Только Драго был в силах опередить талха по имени Уд.
Когда его сознание уже меркло, и он осязал, как умирает Драго, как пытается продлить агонию, лишь бы протянуть ещё немного, пришла мысль, что Драго тоже узнал его, несмотря на маску и парик. Уд подумал, не лучше ли быть тому, что случилось. Пусть мальчик остался жив, и Уд убил Драго, нежели наоборот. В слабеющем сознании возникла надежда, что не всё ещё потеряно, но даже Уд не мог на что-то рассчитывать, если наконечник стрелы находится у самого сердца.
Теперь даже дар мальчика не вернет ему жизнь.
Драг ещё жил, когда Уд перестал дышать, но его сознание уже не рождало ни одной связной мысли - сущность талха затухала, как оставленный без присмотра костёр.
Он не мог видеть, как с потолка спикировала летучая мышь, очнувшись от долгого ожидания, вызванного присутствием людей. Теперь ей никто не мешал. Существо немного покружилось над двумя телами.
После чего опустилась мальчику на затылок.
4
В отличие от Драго Старх мог покинуть стену сразу же, как только взобрался на неё. Что он и сделал. Оказавшись внизу, глава Ордена поспешил туда, где должен спуститься Драго. Старх не знал, что Драго заметил повозку, он решил следить за ним по иным соображением. Человек, так долго шедший за мальчиком, в некотором роде давно настроил свою интуицию на него. Словно выпустил щупальца в серый туман, который не разорвать взглядом. И они исследовали невидимое, слепо, но настырно, проникали всё глубже и глубже, и это был шанс.
Интуиция самого Старха подсказывала ему, что Драго приведёт его к мальчику.