Изменить стиль страницы

Героизм, мужество были присущи разведчикам-радистам не только во время столкновения с врагом, на допросах в гестапо, но и в ходе тяжкой повседневной работы в тылу врага. Там они часто становились заложниками обстоятельств: радистка Анна Алексеева сгорела в самолете при пересечении линии фронта. В воздухе, во время прыжка с парашютом, погибла, прошитая автоматной очередью, Евдокия Громова. Утонула в озере вместе с радиостанцией при выброске разведгруппы Тина Корнейчук.

Дорого обходились разведчикам ошибки летчиков. Нередко разведгруппа десантировалась вдали от места назначения. Как правило, это была ночь, вражеское окружение и ты один… Куда идти, как найти товарищей?

Подобный случай произошел с радисткой разведгруппы «Воронкин» Анной Быковской. В августе 1944 года она была заслана в тыл врага в районе города Бяльска, что в Польше. При десантировании разведчиков разбросало. Утром, чтобы определиться в обстановке, радистка зашла в дом на краю села. Хозяин дома попытался задержать парашютистку и выдать ее немцам. Быковская уничтожила предателя и ушла в лес. Семь дней в одиночестве, в незнакомом лесу, со скудным запасом пищи, не зная языка, она искала свою группу. И нашла…

За выполнение разведзадания в тылу врага смелая радистка была награждена орденом Красной Звезды и польским «Партизанским Крестом».

В августе того же года разведгруппа «Арап», в состав которой входили радистки Галина Сущева и Лидия Вербовская, была выброшена в семидесяти километрах от места назначения. Ошибка пилотов стоила разведчикам изнурительного двухнедельного перехода по тылам, занятым врагом. Шли ночью, по лесам и горам, обходя фашистские оборонительные рубежи, засады и облавы. Встречались с украинскими и польскими националистами. И все-таки вышли в заданный район и приступили к разведке.

Радистки передали более ста ценных донесений в штаб 1-го Украинского фронта. Действуя уже в Чехословакии, в районе Моравской Остравы, разведчики остались без связи. В бою у Галины Сущевой пулей была пробита радиостанция «Север». Однако радистка с помощью командира группы отремонтировала рацию и вышла в эфир.

Обе радистки удостоились высоких наград — ордена Красного Знамени.

Сегодня не перестаешь удивляться изобретательности и дерзости разведчиков-радистов. Галина Степашина вела сеансы связи прямо из расположения гитлеровской дивизии, забираясь по ночам в русскую печку, а Лиза Вологодская спряталась вместе с рацией в собачью конуру и оттуда передавала радиограммы.

Вот как она сама вспоминает о тех днях: «Мне приходилось жить и работать в чрезвычайно сложных условиях, постоянно сталкивалась со смертельной опасностью. Радиостанцию развертывала в лесу, в землянках, в сараях, стогах сена, на чердаках, в подвалах домов. Прятаться приходилось где попало, в навозных ямах, в жиже. Однажды — тут мне помогли невысокий рост и малый, в сорок килограммов, вес — пришлось прожить несколько месяцев в собачьей конуре. И не одной, а вместе с собакой…

Я проработала в тылу врага десять месяцев, передав штабу 1-го Украинского фронта свыше 300 разведдонесений. Известно, что самая большая награда для разведчика — это сознание того, что его работа не прошла даром. И вот, когда меня награждали орденом Отечественной войны II степени, мне сказали: «Ваши радиограммы подтверждены боями».

Елизавета Вологодская совершила подвиг, который поистине уникален, — история Великой Отечественной войны не знает другого такого. Этот подвиг достоин отдельного рассказа и о нем в следующей главе.

Таковы лишь некоторые подвиги и некоторые фамилии наших разведчиков-радистов. А сколько их было на той войне!. Только в последние два года, с мая 1943 по май 1945 года в гитлеровском тылу действовали 1236 разведывательных групп.

Пытаюсь представить себе эту тысячу двести тридцать шесть… На огромных пространствах советско-германского театра военных действий, по обе стороны линии фронта тысячи тайных «сверчков» днем и ночью звучали в эфире. Каждый из этих «сверчков» нес информацию, добытую ценой крови, а порой и ценой собственной жизни…

Майор «Вихрь»: Герой или ЗЭКа?

Совещание в полевом штабе Гиммлера 12 мая 1944 года…

Был обсужден вопрос о судьбе крупнейших центров славянской культуры. Ниже привожу запись беседы по этому вопросу.

Гиммлер. — Одной из наших серьезных ошибок, я убежден в этом, было крайне либеральное отношение к славянам. Лучшим решением славянского вопроса было бы копирование, несколько, правда, исправленное, еврейского вопроса.

Кальтенбруннер. — Я думаю, наши предложения о полном уничтожении очагов исторического панславизма — Кракова, Праги, Варшавы и других подобных им центров — наложат определенную печать даже на возможное (я беру крайний случай) возрождение этой нации. По своей природе славянин не просто туп, но и сентиментален. Вид пепелища будет соответствующим образом формировать будущее поклонение славян. Крушение очагов исторической культуры и есть форма крушения духа нации».

Это отрывок из книги Юлиана Семенова «Майор Вихрь». В середине 60-х она было очень популярна. Позже по ней поставили одноименный фильм. Кстати, кинофильм весьма удачный, его время от времени показывают по телевидению. Такой чести, как вы понимаете, ныне заслужили не многие киноленты.

Главные герои книги и фильма — командир разведгруппы майор Вихрь и радистка Аня. Они, их друзья спасают от уничтожения Краков.

Что и говорить, история увлекательная. Сама жизнь выстроила такой захватывающе-драматический сюжет — и придумывать ничего не надо. А главное — поистине фантастический результат работы разведгруппы — спасение целого города, прекрасного Кракова.

Кстати говоря, это все, что долгие годы было известно миру. Да, существовала некая разведгруппа, спасшая город. И только. Ни имен, ни фамилий. После выхода в свет книги и телесериала «Майор Вихрь», почти четверть века спустя, их «рассекретили». Оказывается, во главе группы «Голос» стоял вполне реальный человек, бывший школьный учитель, в годы войны прошедший подготовку в разведшколе и заброшенный в тыл врага летом 1944 года. Имя Вихря — Евгений Березняк. Имя разведчицы-радистки — Елизавета Вологодская («Комар»). Это она действует в книге и фильме, как радистка Аня.

Так майор Вихрь и смелая радистка Аня стали лакированной оболочкой Березняка и Вологодской.

Когда читаешь книгу Юлиана Семенова, где молодая девушка вербует опытного гестаповца, и он потом работает на нашу разведку и передает план минирования Кракова — понимаешь — это не более, чем художественный вымысел. Красивый, патриотичный, но всего лишь авторский вымысел, так сказать, писательская фантазия. Во всяком случае, подобное чувство не покидало меня, когда читал книгу впервые.

Готовясь к работе над этой главой, перечитал книгу еще раз. Поразительно: казалось бы, теперь знаю истинную правду, изучил подлинные архивные документы деятельности резидентуры «Голос», а ощущение нереальности, фантастичности сохранилось. Да и как по другому.

В своих воспоминаниях мэтр нашей разведывательно-диверсионной службы генерал Павел Судоплатов утверждает, что в предвоенный период удалось завербовать всего одного агента из службы гестапо. Им был известный ныне Вилли Леман. Которого нередко сравнивают с киношным любимцем — Штирлицем.

Но Лемана вербовали «матерые», опытнейшие советские разведчики, а тут юная, маленькая хрупкая девчонка — Лиза Вологодская. Да в добавок сама оказавшаяся в лапах гестаповцев.

Конечно, не следует отрицать объективные обстоятельства — уже сорок четвертый год, а не сорок первый, встреча Лизы Вологодской и капитана Гартмана состоялась хоть и в камере гестапо, но не где-нибудь под Минском или Смоленском, а во Львове, на западных границах страны. Пришло отрезвление и Гартману захотелось спасти собственную шкуру.

Но выбрал этот опытный гестаповец именно ее, молоденькую девушку, организовал побег, встретился с представителем резидентуры «Голос». Она избрала верную тактику ведения переговоров, хотя и безмерно рисковала. Почувствуй гестаповец фальшь, недоверие, и Лизу ничего бы не спасло. Ведь Гартман доверил ей тайну, которая могла стоить ему головы.