— Да ладно тебе, Игорь. Не страшно это. Придумаешь что-нибудь.
Стражник окинул спутников Курца оценивающим взглядом.
— Придумаю. Только почему вас четверо, а не трое?
— Да навязался тут один. Впрочем, верить ему можно.
— Как знаешь, отвечать только тебе. Меня-то всё равно скоро здесь не будет. — Стражник развернулся, зашагал обратно. — Давайте за мной. И не отставайте.
Путники цепочкой потянулись за своим новым провожатым, и вскоре между деревьев показался просвет. До выхода из леса действительно было недалеко. Просто тропинка вилась по низменности и упиралась в склон холма, заслоняющего собой город, заметить который с такого ракурса было проблематично. Так же, как саму тропинку и бредущих по ней людей почти невозможно было заметить, не подойдя к опушке леса вплотную. В общем, место, чтобы тайком, минуя все дороги, пробраться в Йонбен, было выбрано идеальное.
Продравшись через густой кустарник, росший на опушке леса, путники поднялись на крутой холм и оказались прямо перед первым деревянным домом, стоявшем чуть особняком от остальных строений города. Позади него тянулась ровная линия из одноэтажных и, в основном, деревянных хижин, сгрудившихся вплотную к друг другу. Не было и речи ни о каком порядке, ни о каком свободном пространстве или о прилегающих к домам участках земли. Создавалось впечатление, что хижины понатыкали на первое попавшееся ровное и при этом ещё не занятое место. Причём никто не заботился о таких мелочах, как симметрия, удобство и благообразный вид улиц. Паутина кривых, разбитых телегами дорог отделяла друг от друга произвольное количество домов, собранных на одном участке земли, имеющим порой довольно причудливые геометрические формы- попадались кривые подобия шести- и восьмиугольников, какие-то обрубки звёзд, одна фигура почему-то очень сильно напоминала пентаграмму. Только очень кривую.
Впрочем, это была видимая часть Йонбена. Через две-три сотни метров хаоса и тесноты город нырял в огромный котлован, включающий в себя часть озера.
Игорь провёл путников мимо своего дома. Из-за слегка приоткрытой двери хижины, располагавшейся прямо за домом стражника, тут же высунулась седая голова пожилой женщины. Проницательные серые глаза подозрительно уставились на чужаков.
— Спасибо, что предупредили, — махнув ей рукой, произнёс Игорь. — Вот, чужаков в лесу задержал, к начальству веду.
— Добро, милок, — откликнулась женщина. — Пасибо, что бдишь, нас оберегаешь. А-то негодяев нынче развелось…
Бдительная старушка ещё долго выговаривалась вслед стражнику и его подконвойным. Лишь когда те скрылись за следующим домом, умолкла и, втянув голову в своё жилище, плотно затворила дверь.
Город был удивительно безлюден. На разбитых грунтовых дорожках то и дело встречались люди, но было их мало и почти все они имели несколько отличительных признаков- были либо уже в возрасте, либо юными девушками, либо мальчишками. Все юноши до двадцати пяти и девочки до пятнадцати сидели по домам, в которых из-за этого царило небывалое оживление. Из открытых окон доносились взрывы смеха, возбуждённые голоса, рассказывающие домочадцам какие-либо истории. Где-то спорили, где-то беззлобно ругались. В каких-то хижинах явно собралось больше одной семьи. Неожиданный переполох, вызванный властями, многим пришёлся по душе и послужил прекрасным поводом, чтобы собраться всей семьёй или завалиться в гости к своим соседям.
В этот день город жил полноценной, беззаботной жизнью. Хоть с виду он и казался заброшенным, покинутым своими обитателями. Оставленным для одиноких фигур призраков, бесцельно шатающимся по узким улочкам среди покосившихся домиков, освещаемых рыжими лучами заходящего солнца.
Порядком пропетляв по безлюдным дорогам, они вышли к краю котлована. Город, раскинувшийся внизу, предстал как на ладони. И город этот очень сильно отличался от того, что лежал позади. Он был другой, полностью другой. Тимур оглядывался назад- убожество. Смотрел вперёд- неописуемая красота, шедевр архитектуры. Снова назад- прежнее убожество. Он так и вертел головой, пытаясь понять, как это строители Йонбена сумели так напортачить и оставили снаружи котлована такой бардак.
И вправду, предместье города и сам город- два разных мира, два разных места, два разных времени. За спиной остался осколок села, а на много километров вперед тянулся настоящий средневековый городок. Очень уютный и красивый. Весь из камня, чугуна и узорных окон-витражей. Словно в это место перенесли часть старой Риги, Праги или Варшавы. Из времён, которые помнят крестоносцев, рыцарей Тевтонского ордена и преданных своей вере католических священников и монахов. Не хватало лишь шпилей соборов. Но и без них сходство с готическим средневековьем Европы было потрясающим.
Каменные двух-, трёхэтажные дома с крышей из тёмно-красной или бордовой черепицы, построенные, как минимум, на века, производили впечатление основательности. Почти подпирая друг друга боковыми стенами они по прямой линии выстроились перед мощёнными камнем дорогами, делящих город на правильные районы, улицы и кварталы. Вдоль дорог на чугунных столбах высились стеклянные фонари, расширяющиеся кверху. На тротуар от входных дверей спускались ступеньки низких крылец. Ступеньки же зачастую вели к дверям полуподвальных помещений, где скрывались мастерские, магазинчики или пабы.
Во многих местах города были разбиты небольшие парки, огороженные чугунными решётками. Иногда дороги вливались в круглые площади, центром которых являлись различные статуи, изображающие людей или животных. Над некоторыми домами вился дымок. По относительно безлюдным улицам степенно прогуливались люди, куда-то уныло плелись запряженные в телеги лошади. Никто никуда не торопился, всё кричало о спокойствии и умиротворении.
И лишь в порту царило подобие суеты и беспорядка. Лодок и судов у пирса почти не было, но между рядами складов сновали телеги и бегали люди. А кое-где мелькали красные туники стражников…
Вслед за Игорем чужаки перевалил за край котлована, ступили на мощеную дорогу и направились вниз. Тут же над ними нависли каменные дома, вблизи, из-за узости дороги, показавшиеся намного выше и массивнее, чем они были на самом деле.
Заметив интерес озирающегося то вперёд, то назад Тимура, Курц ткнул за спину большим пальцем и объяснил:
— Там временное поселение. Город только планируют расширять, а люди всё приезжают и девать их пока некуда. Вот и отстроили те хибары. Они такие же, как сто лет назад весь город был.
— Что? — удивлённо переспросил Тимур. — Это всё за всего лишь век создали?
— Ага. Сто лет назад тут была обычная деревня на пару сотен домов. Дворец наместника был единственным каменным домом. Потом, после очередного венчания, новый наместник приказал начать строительство нормального города. И всего за четверть века деревня превратилась в то, что ты видишь сейчас.
— Однако ж неплохое себе гнёздышко наместник свил, — с восхищением пробормотал Тимур. Вспомнилось сожаление, испытанное к правителю Наутики, вынужденного всю свою жизнь проводить на одном месте. Вспомнилось и тут же обернулось завистью. Пожалуй, в таком городе можно проторчать весь отпущенный человеку срок и не заскучать ни на мгновение. Можно гулять по каменным улицам, заходить в парки, покуривая трубку, читать книгу, развалившись в массивном кресле перед камином. По вечерам посещать пабы, спорить в них до хрипоты о смысле жизни. Этот город располагал к подобному времяпрепровождению. Для него он и был построен.
— Кстати, а где находится дворец наместника? — спросил Тимур.
— Это его новая резиденция. — Они уже почти спустились ко дну котлована, но проследить за рукой Курца и заметить высокий дом в центре города, увенчанный по углам четырьмя остроконечными башнями, не составило особого труда. — Старую давно снесли.
Тимур с сомнением посмотрел на спину шагающего перед ним Игоря, вопросительно покосился на Курца.
— Можешь говорить свободно. Он тоже из Уэно и в курсе всего.