На следующее утро мы совершили экскурсию по Като-Като. Наше присутствие вызвало любопытство у туземцев, хотя нельзя сказать, что они впервые видели европейцев. Особое внимание привлекали светлые волосы Тамарикс. Одна женщина даже подошла и потрогала их.
Никто не пытался скрыть свое любопытство. Нас открыто рассматривали, хихикали, а то и откровенно смеялись, словно мы представляли для них что-то очень забавное. После обеда мы остались в гостинице ждать, когда спадет жара.
— Теперь уже недолго, — сказала Тамарикс. — Скоро мы окажемся на месте, надеюсь, там не будет так жарко!
— Думаю, разница небольшая, — заметил Люк. — Но вы привыкнете. Все ведь привыкают!
— Вы будете заниматься работой… вашим важным делом, — промолвила Тамарикс. — А что я-то буду делать там?
— Может быть, вы доверите мне подыскать вам какое-нибудь занятие?
Тамарикс скорчила гримасу.
— Не думаю, что я вам подойду!
— Уверен, что вы справитесь!
Они улыбнулись друг другу. Тамарикс обратилась ко мне:
— Ты можешь представить, что я могу делать добрые дела?
Я серьезно ответила ей:
— Я верю, что ты можешь сделать все, если очень захочешь.
— Ну вот, видите, Сент-Люк, я, однако, не совсем потерянный для мира человек!
Х. ОСТРОВ КАСКЕРА
Наконец, к нашей радости, на горизонте показался паром. Народ повалил к берегу. Наш проводник пришел со своей тачкой, и к моменту подхода парома мы были уже наготове.
На пароме не было специальных помещений для пассажиров. Нам сказали, что он отойдет во второй половине дня, а на остров Каскера, если все пойдет хорошо, мы прибудем на следующий день. Все время, пока производили загрузку парома, на берегу стоял страшный шум. Оказалось, что мы были единственными пассажирами, следующими на остров Каскера, и наша посадка на паром откладывалась до окончания погрузки.
Я поняла, что прибытие и отход парома всегда были большими событиями в жизни островитян, нарушающими монотонность их дней. А уж прибытие новых людей было вообще чем-то потрясающим для них. Особенно, если эти люди так не похожи на них.
В назначенное время паром отчалил от берега Като-Ка-то. Ночью мы с Тамарикс и Люком сидели на палубе, надеясь хоть немного вздремнуть. Море было спокойным и приветливым, волны мягко бились о борт парома. Ночной воздух нес желанную прохладу, время от времени в воде показывались фосфорецирующие косяки рыб.
То, что я любила больше всего на свете, находилось почти на другом конце света. Мысленно я иногда обзывала себя дурой. Мне надо было жить смелее. Я потеряла Криспина, потому что боялась остаться. И что же теперь? Я же все равно никогда не смогу его забыть!
Мои попутчики уже дремали, а я продолжала любоваться тихим морем, но куда бы я ни посмотрела, мне всюду мерещилось лицо Криспина.
Во второй половине следующего дня, сидя на той же палубе, я услышала крик одного из паромщиков. Он возбужденно размахивал руками, указывая на землю, появившуюся на горизонте.
— Остров Каскера! — кричал он.
Это и был он, коричнево-зеленый горбик в безмятежном голубом море. Моряки на палубе начали приготовления к подходу к острову. Люк, Тамарикс и я, стоя на палубе, неотрывно смотрели на неведомый нам клочок земли. Я была в страшном смятении.
— После стольких лет я увижу отца!
Люк понял меня и положил руку мне на плечо.
— У вас сегодня такой важный день, — тихо сказал он. Я кивнула. — Хорошо, что вы будете вместе!
— По-моему, остров очень похож на Като-Като, — заметила Тамарикс.
Приблизившись, мы увидели, что это на самом деле так. На берегу собралось несколько темнокожих людей в ярких одеждах, с бусами на шее и ногах. Звучала музыка, похожая на ту, что я слышала ночью на Като-Като. Голые ребятишки, визжа от восторга, барахтались в воде. Женщины с детьми, привязанными у них за спинами, ждали парома на берегу. Когда он подошел ближе, они закричали что-то восторженное.
— Надо позаботиться о багаже, — заметил Люк.
— Ну разве нам не повезло, что Сент-Люк так ухаживает за нами? — сказала Тамарикс.
— И в самом деле повезло, — ответила я.
Когда мы нашли наш багаж и сошли на берег, к нам подошел высокий человек с вежливыми манерами. На нем были белые хлопчатые брюки и голубая рубашка.
— Мисси Хэммонд, мисси Хэммонд, — монотонно повторял он.
— Да, да, я здесь, — откликнулась я.
На его большом смуглом лице появилась ослепительная улыбка. Он сложил руки и поклонился.
— Мисси Карла. Она сказала прийти. Я заберу.
— О, благодарю вас! Это замечательно! У меня небольшой багаж и со мной двое друзей!
Он улыбнулся и кивнул:
— Предоставьте Макале. Он делает все.
Я повернулась к Тамарикс и Люку:
— Думаю, это отец прислал его за нами!
Честно говоря, я ожидала, что он сам встретит нас. Но, по-видимому, что-то помешало ему, и он прислал этого человека.
— Карла? — переспросила Тамарикс. — Кто такая Карла?
Макала повелительно хлопнул в ладоши.
— Мандел! — позвал он. — Мандел! — и к нам подбежал мальчик лет десяти.
Макала давал ему какие-то распоряжения, а мальчик внимательно слушал, временами кивая головой. Затем Макала повернулся к нам:
— Вы идите. Следуйте.
Он подвел нас к телеге, запряженной двумя ослами. — Я довезу, — сказал он.
— К мистеру Хэммонду? — осведомилась я.
Макала кивнул:
— Я повезу! — знаком он предложил нам сесть в телегу.
— Мы не поедем без нашего багажа, — запротестовала Тамарикс.
Тут появился Мандел. Он нес один из наших мешков, положил его и пальцем указал обратно. Макала кивнул ему и, повернувшись к нам, ободряюще улыбнулся.
— Я доставлю! — сказал он.
— Вам помочь? — спросил Люк.
— Если вы поедете с ними, вы же бросите нас, — заметила Тамарикс. — Все это очень странно и, в конце концов, мы же важнее, чем наш багаж! Я думаю, Фред, что твой отец живет недалеко. Но предполагала, что он сам встретит нас.
Я не ответила. Как выяснилось вскоре, нам незачем было беспокоиться о багаже. Макала вернулся с мальчиком и другим высоким человеком. Все вместе они несли весь наш багаж.
У нас осталось немного денег после Като-Като. Мы заплатили мужчине и мальчику за их труды, чему они несказанно обрадовались.
Макала, погрузив багаж на телегу, повез ее сквозь заросли пышной растительности, и меньше чем через десять минут мы увидели дом.
Он был построен из белого дерева и представлял собой длинное и приземистое строение, приподнятое примерно на фут от земли деревянными сваями. Вокруг дома цвели какие-то экзотические кусты. Когда мы приблизились, дверь отворилась и на крыльце появилась женщина. Она была поразительно красива, высока и величава, с темными волосами, свободно уложенными валиком на ее голове, и лицом, менее смуглым, чем у большинства островитян, которых мы успели увидеть. Ее спокойное лицо, большие лучистые глаза и белозубая широкая улыбка выражали неподдельную приветливость.
— Так вы и есть Фредерика? — сказала она, глядя на Тамарикс.
— Нет, — сказала я. — Это я!
Она говорила по-английски с легким и очень приятным своеобразным акцентом.
— Наконец-то вы приехали! Рональду так хотелось, чтобы вы были здесь с ним!
Имя моего отца она произнесла с протяжным ударением на первом слоге. Мне стало интересно, кто же она такая?
— Это моя подруга, миссис Марчмонт, которая приехала со мной!
— Миссис Марчмонт! Добро пожаловать!
— И мистер Армор. Он помогал нам в дороге. Он едет в миссию!
Легкая тень пробежала по ее лицу, но потом она вновь приветливо улыбнулась,
— Меня зовут Карла, — представилась она.
— Макала сказал нам, это вы прислали его встретить нас.
— Да.
— Мой отец дома?
— Он так счастлив, что вы приехали! Ожидая увидеть его, я огляделась вокруг, а она продолжала:
— Входите же! Не стойте на пороге!