- Из принципа?
- Да. Мне стало обидно за эту науку. Ведь из всех наук история самая несчастная. Каждое поколение людей насилует её. Знаете, почему я увлёкся именно древней историей? Потому что она в меньшей степени является объектом чьих-либо интересов. Поэтому изучать историю древних можно беспристрастно и судить более-менее объективно. Хотя парадокс состоит в том, что историку очень сложно убрать наслоения лжи и отыскать действительные факты, о том, что происходило в тот или иной период. А ещё больший парадокс заключается в том, что человечество, по большому счёту, не знает, что было, не знает, что будет и не имеет представления, что в действительности происходит сейчас. Я опустил глаза.
- Да, верно. Но это так угнетает.
- Ещё как, Лео! Мне кажется, именно поэтому многие люди, которые увлекаются историей, изучают её, чтобы иметь возможность перенести себя в давние времена, которые отсюда кажутся намного лучше и чище нынешних.
- Своеобразный параллельный мир, - улыбнулся я.
- Скорее виртуальная реальность, - сказал он. - Человеку всегда было свойственно перемещать себя в иную реальность. Вот, с историками всё так же. Ничем мы от других людей не отличаемся, - улыбнулся он.
- Но ведь это иллюзия. Тогда наверняка было ничем не лучше, чем сейчас.
- Но человеку нравятся иллюзии. Поэтому то во все времена существовал миф о золотом веке. Хотя, естественно, в древности войны были ничуть не менее жестокие, и бедность не меньше, чем сейчас, и люди не более благородные, чем мы.
- Ничего не меняется?
- В человеческих отношениях, нет, - твёрдо ответил он. - Они неизменны. В этом аспекте у человечества прогресса никакого. К сожалению. Мы помолчали.
- Ну, вот, вроде всё, - он окинул взглядом поверхность стола, на котором стопками были разложены книги и бумаги. - Вы закончили?
- С этим, да.
- Вот и чудненько. Снимайте фартук.
Глава 24.
Вому выдал мне халат и забрал костюм. Он вызвал курьера из прачечной. Наутро тот обещал вернуть одежду в лучшем виде. Мы сидели на кухне, пили чай и разговаривали о будущей экспедиции. Как обычно стали спорить. Речь зашла о районе поисков, и я осторожно выдвинул идею о том, не изучить ли нам тот район Кидонии, о котором Вому писал в своей статье. Но натолкнулся на отчаянное сопротивление с его стороны.
- Я категорически против подобных утверждений, - говорил Вому.
- Но почему? - недоумевал я.
- Во-первых, у нас нет твёрдых доказательств того, что Йорин бывал там. Во-вторых, Йорин жил почти 2000 лет назад, а пирамиды в Кидонии намного древнее. И как бы они не были нам интересны, у нас другие задачи.
- Я не согласен с вами, Арчибальд, - возразил я. - Насколько я понял, о Йорине вообще нет никаких достоверных сведений, а уж тем более доказательств. А древность пирамид ни коим образом не мешает, кому угодно поместить в них любую вещь, в том числе и послание пророка. Даже наоборот, я бы на месте Йорина так и сделал. Есть ли на планете более необычное место, чем это? Нет, правильно?
- В таком случае, послание можно спрятать и на северном полюсе? Он тоже уникален, - возразил Вому.
- Но…
- Что?
- Ничего, - я отвёл взгляд. - Просто я хочу быстрее приступить к поискам.
- А разве мы их не начали?
- Я имел в виду нечто другое, - ответил я. Профессор подался вперёд.
- Лео. Вспомните, мы с самого начала договорились с вами, что нам сперва необходимо выработать рабочую версию, которую мы могли бы подтвердить или опровергнуть исследованиями.
- Я понимаю, но…
- Простите, я вас перебью. С логикой наших рассуждений. Вы были согласны.
- Да, вы убедили меня. Я согласен, послание может быть зашифровано в самих текстах Сказаний. Но я всё равно сомневаюсь.
- Лео, я точно так же ни в чём не уверен. Но давайте рассуждать здраво. Как вы себе представляете послание пророка? По-вашему, это должна быть какая-то каменная стела, на которой оно высечено? Или это свиток, закопанный где-то в пустыне? Я смутился.
- Конечно, я так не считаю.
- Не сомневаюсь. Это, по меньшей мере, глупо. Большинство мест, где бывал Йорин, это теперь такие города как Луксор, Капоэт или Лаврион. Крупные центры, мегаполисы. Что могло остаться в них с того времени? Да ничего! Сотни лет войн не оставили и камня на камне. Попробуйте найти в Долине здание старше двухсот лет! Ничего не выйдет, уверяю вас. Хватит пальцев одной руки, чтобы перечислить подобные памятники. По территории страны десятки раз как варвары проходили многотысячные армии. И иностранные, и наши собственные. Думаю, пророк должен был это учитывать. Он сам жил во время разрушительной войны и видел всё это, правильно?
- Да, - согласился я.
- Моя интуиция на стороне Ларвика. Возможно, нам никуда не придётся ехать.
- Ну, а могли быть какие-то недоступные места на планете? Вроде Лабиринта Ночи, - не унимался я.
- А вы представляете, сколько нужно потратить времени, чтобы осмотреть там все скалы?
- Понятия не имею.
- Всей жизни не хватит. Да вот вам пример. Клад Адониса I до сих пор ищут.
- А разве он не найден?
- Только часть. Притом малая.
- Ну, а почему бы Йорину не спрятать послание в пирамидах? Они ведь не могли быть разрушены войной. Вы же сами говорили, что это колоссальные сооружения.
- Лео, поймите, я не пытаюсь отговорить вас ехать туда. Просто нужно знать, куда и зачем ехать. Для этого мы должны выработать теорию. Допустим, мы поедем туда прямо сейчас. Потратим массу времени и денег. Ничего не найдём, и что дальше?
- А если найдём? Уж лучше проверить. Вы сами говорили, что это риск, но риск оправданный.
- Нет, вы не понимаете меня. Повторяю, пока мы не поймём, что мы ищем, любые поездки бессмысленны.
Мои аргументы иссякли. Да я и понимал, что он прав. Только вот Томасу это объяснить невозможно. Зазвонил ви-фон. Я вздрогнул.
- Если спросят меня, вы меня не видели.
- Хорошо, - кивнул Вому и поднялся. - Алло! - услышал я его голос. - А, Мериголд, добрый вечер!
Реплики Мериголда не были слышны. К тому же профессор говорил очень громко.
- Прекрасно! Сколько? Хм, будете продолжать? Вот и я так думаю. Ну, решайте сами. У нас? Есть намётки. Надо бы вам показать. Заинтриговал? Хорошо. До встречи. Вому вернулся.
- Это Нейш. Похоже, он тоже в тупике.
- Не много отсеялось?
- Почти половина. Но он ещё не закончил.
- А в этом есть смысл?
- Он хочет закончить в любом случае. Пусть. Я лично не против.
- Вообще-то правильно, наверное, - согласился я, - не бросать же на полпути.
- Я тоже так думаю. Видеофон зазвонил снова.
- Неужели что-то нашёл? - улыбнулся я.
- Скорее всего, это Ларвик. Алло! Нет, вы ошиблись. Нет. Его здесь нет. Я напрягся. После некоторого молчания появился профессор.
- Вас.
- Меня? - прошептал я. - Зачем вы меня выдали?
- Он знает, что вы здесь. Будете говорить? Я покусал губы.
- А кто это?
- Понятия не имею. Изображения нет. Но голос очень знакомый.
- Ладно, - я поднялся. Подошёл к ви-фону. На экране светился морской пейзаж.
- Да? Экран молчал.
- Нажмите зелёную кнопку, - прокричал из кухни профессор. Я нажал кнопку.
- Алло!
- Это я, - на экране появилось лицо Тома. - Ты скрываешься?
- И да, и нет. Как ты меня нашёл?
- Не важно. Включи телевизор.
- Профессор, вы не могли бы включить телевизор? - попросил я. - Какой канал?
- Национальный. Вому зашёл в гостиную.
- Арчибальд, включите национальный канал, пожалуйста.
Вому включил телевизор. На экране проступили люди. Множество людей со свечами. «Какая-то религиозная церемония?» - подумал я. На фоне людей показали репортёра, который радостно сообщил:
- Мы находимся на лестнице, ведущей к цитадели Церкви Вселенской Гармонии, бывшему герцогскому замку на окраине Эо. Сегодня тысячи приверженцев этой новой религии устремились на север Кальдемии, чтобы принять участие в первом всемирном соборе, о котором было объявлено всего двадцать часов назад. Не смотря на то, что собор будет проходить с 53 мая по 1 июня, первые паломники начали прибывать в Эо уже утром. В городе всего четыре гостиницы, но это не пугает людей. Многие из них располагаются прямо на земле. Некоторые привозят с собой палатки, которые ставят на окраинах жилых кварталов и вдоль дороги, ведущей к замку. В воздухе витает атмосфера праздника. Везде поют священные гимны, танцуют. Похоже, спать сегодня здесь никто не собирается…