- Мне ничего не понятно, - честно признался я.
- Мне не понятен образ земледельца, - сказал Ларвик. - Образ земледельца довольно архаичный образ даже для того времени.
- Метафора, Ларвик, - Вому поднял указательный палец. - Вы сами говорили об этом. Здесь нельзя всё понимать буквально. И нужно текст воспринимать цельно, хоть мы и разбираем его частями, нужно помнить, что это единое произведение. Здесь действительно есть какой-то ключ. Поймём, о каком храме, о какой гробнице идёт речь, тогда будет понятен и этот образ.
- И где её искать, - усмехнулся я.
- Интересно, почему тайна обитает в логове? - профессор погладил подбородок. - У этой строки какой-то негативный смысл, вы не находите? И о какой тайне идёт речь?
- У меня пока нет вариантов, - ответил Ларвик.
- У меня тоже, - сказал я.
- Продолжайте, Ларвик, посмотрим, что там дальше, - сказал профессор. .
- Я сейчас заплачу, - сказал я. Профессор молчал, наконец, он сказал.
- В моём понимании именно так и должен звучать плач по усопшему. Всё просто и понятно.
- Действительно, здесь вообще не за что зацепиться, - улыбнулся Ларвик.
- Продолжим, - сказал Вому.
- Может, сразу и восьмой стих прочитать? - спросил Ларвик, - здесь явная связь.
- Нет, погодите, - остановил его профессор. - Не надо торопиться. Здесь говорится о начале испытаний, которые начнутся у Ворот Благого Сознания. Мериголд был прав нам не обойтись без богослова. Мы многого просто можем не знать.
- Во многих религиях умершие проходят испытания в загробном мире, - сказал Ларвик. - Правда мне не ясно в чём состоит испытание. Испытание тьмой?
- Может быть, это опять какой-то образ? «С ней тьма словно днём озарится», - процитировал Вому. - Не понятно. Как Истина помогает победить тьму?
- Это ребус, Арчибальд, - усмехнулся Ларвик. - Самый настоящий ребус.
- В этих строках определённо заключён какой-то смысл, - говорил сам себе Вому. - Но какой? Что за лица выявит свет?
- Вопросов больше, чем ответов, - усмехнулся я.
- Продолжайте, Ларвик.
- Мне нечего сказать, - молвил профессор. - Я расписываюсь в собственном бессилии. Кроме того, что нам нужен специалист религиовед. Никаких заключений я сделать не могу.
- Тогда давайте не будем себя больше мучить, - обрадовался я.
- Так ведь осталось-то совсем немного. Мы почти всё разобрали, - сказал Ларвик. Я вздохнул.
- Что-то не так? - спросил профессор.
- Я уже говорил. Я сижу и просто не понимаю, о чём вы говорите. Вы что-то обсуждаете, спорите, а я сижу и тупо смотрю на вас. Они переглянулись.
- Лео, спокойно, - энергично проговорил профессор. - Даже нам в тексте не всё понятно. Но мы уже пытались вам показать, что этот текст действительно не так прост, как кажется. Его ещё изучать и изучать. И далеко не сразу нам удастся понять, о чём он. Но, как мне кажется, потерпеть стоит.
- Вы думаете?
- Я уверен.
- Я боюсь, что мы потеряем время впустую. Вому развёл руками.
- Риск определённо есть. Но пока это первая стоящая зацепка. Почему бы нам не попытаться?
- Наверное, вы правы, - вздохнул я.
- Тогда продолжаем, - он кивнул Ларвику. - Читайте, Ларвик. И сразу до конца.
- Слишком длинный отрывок получится, - возразил тот. Вому глянул в текст.
- Да, пожалуй. Тогда сначала девятый стих.
- Хорошо.
- Вот как? - проговорил профессор.
- Что? - не понял я.
- Ничего. Так, мысли в слух. Продолжайте, Ларвик.
- У, - протянул Вому. - Давайте сразу одиннадцатый стих.
- М-да, - Вому запустил пальцы в свою густую шевелюру. - Что ни строчка, то сюрприз.