Глава 23.
- Ты думаешь, о чём ты говоришь? - возмущался на утро Томас. - Это немыслимо! Как ты это вообще себе представляешь? Я ведь не могу просто позвонить и попросить!
- Я знаю. Я говорил ему об этом.
- Эти камни бесценны! Это достояние государства! Адонис, даже если захочет, не сможет мне его отдать! Это же основа основ государственности.
- Ну, ты уж не преувеличивай.
- А что! Для его страны… Да для любой страны камень Йорина - это святыня.
- Но если так завещал Йорин… - попытался возразить я.
- Лео, я, в отличие от тебя живу здесь не один год, и знаю многое об этой планете. Не сомневайся, кто такой Йорин я хорошо представляю. И Сказания я читал от корки до корки. Если хочешь убедиться, прочитай сам - спаситель должен придти в преддверии вселенской катастрофы. И все знают, что ему будут нужны камни. Представь, что начнётся, если вдруг кто-то узнает, что Адонис кому-то передал камень! Будь уверен, эта новость облетит планету со скоростью пули. Начнётся истерия, паника. Планета вспыхнет как спичка.
- Я понимаю, Том, но ведь Раэвант сказал…
- Раэвант сказал, - проворчал король. - Знаю. Всё знаю!
- Что ж ты так переживаешь? Ты ведь с самого начала знал, что я не просто так здесь появился.
- Знать одно, понимать - совсем другое. - Он вздохнул. - Ладно, скоро будет встреча в верхах. Там я увижу обоих. Поговорю с ними.
- Я тоже поеду.
- Тебе там делать нечего.
- Между прочим, в местном банке хранится цитрин.
- В Гоату-Баиду камней Йорина нет, - ответил Том.
- Мне об этом сказал Раэвант. Разве он мог ошибиться?
- Не знаю, не знаю, - покачал головой король. - Надо будет выяснить. Какой банк?
- Баид Банк.
- Ага, он, по-моему, государственный. Интересно.
- Что интересно?
- Сотни лет Протуберанец находился в Бьюде…
- А где это?
- Недалеко от Гоату-Баиду. Неужели великий герцог влез в долги? Но пожертвовать камнем, это слишком! - Том помотал головой. - Чересчур! Ну-ка, что ещё рассказал тебе Раэвант? Где остальные?
- Он рассказал мне только про шесть.
- Правильно. Слезу небес неделю назад украли. Правда я был уверен, что Раэвант уже знает о том, где он.
- Нет, не знает. Ни про сапфир, ни про рубин.
- Точно, ещё ведь и рубин пропал.
- Да, - подтвердил я. - Только давно.
- Пятьсот лет.
- Восемьсот, - поправил я.
- Погоди, как у тебя шесть-то получилось? - он сдвинул брови.
- Так их восемь, Том.
- Восемь?
- Да. Ты просто был не в курсе.
- Вот это да! - хохотнул он.- Восемь камней Йорина?
- Да.
- А кто ещё об этом знает?
- Только я и Раэвант. Теперь вот ещё и ты.
- А где восьмой камень?
- У меня. Раэвант отдал его мне.
- Поразительно! И он столько времени молчал!
- Да он показывал его тебе. Ты наверно не помнишь, - сказал я. - Это наверняка было в одну из первых встреч.
- Я бы запомнил.
- Он должен был его прикладывать к твоей ноге. Помнишь?
- Нет.
- Да ладно, не важно, - отмахнулся я.
- Странно, я совсем этого не помню, - проговорил он.
- Не помнишь и не помнишь. Не страшно.
- Покажи хоть, - попросил он.
- Пожалуйста, - я развернулся и задрал штанину.
- Ух, ты! - король присел на корточки и потрогал камень пальцем. Потом резко встал, развернул меня и сказал:
- Ты избран, Лео! Это великая честь для меня, - и опустился передо мной на одно колено.
- Том, не надо, - испугался я.
- Поедем в Гоату-Баиду. Я познакомлю тебя с Адонисом, с Каттаро и другими. Мои союзники должны знать, что ты пришёл. Мы поможем тебе. «И соберут короли кровь мою, и вернусь я из небытия к великой славе!» - процитировал он.
- Ой, Том, - я схватился за живот, - не надо. Я не могу так. Пойдём лучше завтракать.
- Нет, - возразил он. - Всё это очень серьёзно. Сначала расскажи мне всё, а потом уж пойдём. Что ещё он сказал? Я тоже должен знать.
- Ну… я могу рассказать, где находятся другие камни.
- Давай.
- Аметист в Нимбурге. В галерее какой-то. Король кивнул.
- Изумруд у какого-то миллионера в Фаэтонисе.
- У частного лица? Ни за что не поверю!
- Как мне Раэвант рассказал, так и я говорю.
- Как его зовут, в таком случае?
- Ой, а я не помню. Как-то несложно, - я закатил глаза.
- Не гадай, - сказал Том, - лучше переспроси у Раэванта.
- Подожди, я сейчас вспомню, - я закусил губу и стал вспоминать, - Нор…Норнер? Нет. Вертится в голове.
- Лучше уточнить.
- Да подожди ты! Рей…нир. Рейнир! Норберт Рейнир!
- Точно?
- Точно!
- Ну, хорошо, разберёмся. Это все камни?
- Да. Один у меня, другой у Адониса, третий у Каттаро, четвёртый в Баид Банке, пятый в Нимбурге, шестой у Рейнира в Фаэтонисе, а два потеряны.
- Очень хорошо.
- Хорошо?
- Потом об этом ещё поговорим. И не раз. А сейчас надевай фрак, и через 10 минут приходи в Жемчужный Зал. У нас завтрак с важным гостем.
Глава 24.
Да. Меньше всего я хотел присутствовать на официальной встрече, а тем более завтраке. Потому что не силён я в этих светских науках. Меня этикету никто не обучал. Как себя вести? Понятия не имею. А как есть? О, это вообще проблема. Если в кругу знакомых людей, Томаса и Карен я с этой задачей хоть как-то справлялся, то сейчас я серьёзно опасался, что выдам какой-нибудь экспромт. Мне совсем не хотелось, чтобы официальные лица наблюдали за тем, как я собираю со своих брюк аппетитные кусочки пищи из моей тарелки. А такое очень даже может случиться.
Но, тем не менее, фрак я одел. Осторожно вышел из своего убежища и вслед за проводником, присланным за мной, отправился в Жемчужный Зал - один из красивейших залов во всём дворце. Вокруг наблюдалось повышенное содержание охраны на квадратный метр площади и торопливое снование слуг, что указывало на высокий статус гостя. Министр иностранных дел Кальдемии, которого мы ждали, был двоюродным братом короля этого небольшого сопредельного государства - потенциального союзника Вандеи на юге. За это немаловажное пояснение я хотел бы поблагодарить господина Вейлера, который любезно предоставил мне эту информацию. С недавних пор я прозвал его Вездесущим, что изрядно его повеселило, когда я сказал ему об этом.
На завтраке помимо меня, его величества, Адриана и принцессы с нашей стороны должны были присутствовать знакомый мне министр внутренних дел - герцог Мероэ, министр иностранных дел Хеймс - человек с лицом, оплывшим словно свечка, да и сам напоминавший восковую фигуру. Он произвёл на меня неизгладимое впечатление. Более спокойного и невозмутимого человека я ещё не видел. Говорят, он последователен во всём - и в политике и в разговоре. Его заслуженно считают одним из умнейших людей страны, а ещё у него несколько учёных степеней и знатное происхождение. Его родословная теряется в глубине веков, к такому в родственники затесаться, наверно, сложнее, чем к королю. Голову он держал прямо. Ходил легко, но степенно, чуть выбрасывая вперёд правую ногу.
В отличие от него государственный советник Барбарощис, был образцом демократичности в поведении и общении. Он был значительно моложе и постоянно улыбался, отчего его сморщенный в улыбке нос высоко поднимал очки с тонкими стёклами, за которыми бегали жизнерадостные глаза. Если бы не серебристая проседь, прокравшаяся в густоту его жёстких курчавых волос и не морщины, глубоко изрезавшие темное лицо советника, ему ни за что не дать его 54 лет, по нашему летоисчислению. Барбарощис был невысок и худощав, что тоже его молодило. Старый сплетник Адриан поведал мне, что про советника ходит такая поговорка: «Шутки Барбарощиса такие же чёрные, как он сам».
И последний, кого я увидел до того, как появился Томас, Карен и принц со свитой, был пресс-секретарь двора господин Лосито. Он мне жутко не понравился. Всё бы ничего, но как только он начинал говорить, спасенья от него не было. Любой собеседник после нескольких минут разговора с ним, искал пятый угол. Лосито был высоким широкоплечим мужчиной с походкой как у обезьяны. Торс он наклонял вперёд, задницу выпячивал назад и руками помахивал из стороны в сторону. Какое счастье, что нам предстояло сидеть! Потому что он всегда торопился, а во время ходьбы на него без боли смотреть было просто невозможно.