- Что искать, если текст ритуала само по себе послание? - перебил его отец Элиас. Ларвик покраснел.
- Мы не можем точно знать, что будет делать спаситель, когда окажется в нашем мире. Вполне возможно, что Йорин может в послании направлять его к определённому месту, где спаситель должен будет совершить некие действия, которые также описываются в тексте ритуала.
- Понятно, - преподобный покрутил бокал в своей руке. - Ход ваших рассуждений мне ясен, но я не понимаю, почему вы остановились именно на этом тексте.
- Он выбивается из общей канвы повествования, - ответил Хьюм.
- Ну и что.
- Я считаю, что это вставка.
- Более поздняя?
- Нет. Но то, что это вставка, уверен.
- Однако это ничего не доказывает, - покачал головой отец Элиас. - Я готов навскидку привести пару-тройку мест из Сказаний, которые по вашим критериям можно определить, как тексты-шифры.
- Кто знает, может так и есть, - обиженно отозвался Ларвик.
- Может быть, но если я правильно понял вашу мысль, то текст должен быть уникален, и сразу обратить внимание спасителя на себя.
- Но в таком случае, любой смог бы обратить внимание на него, - заметил Нейш.
- То, что доступно спасителю, не доступно простым смертным, - ответил Элиас. - Многие теологи пытались расшифровать тексты Сказаний. Трудов по этой тематике превеликое множество.
- В таком случае, нам даже не стоит начинать, - улыбнулся Мериголд. - Мы же обыкновенные люди.
- Элиас прав в том, что древние религиозные тексты, несмотря на свою разнородность, - вступился за преподобного Леридо, - таковы, что позволяют толковать их по-разному. Если подходить к их изучению именно таким способом, то нужно будет изучать каждый второй текст. В таком случае правильнее будет говорить о том, что Сказания о Йорине сами по себе являются посланием пророка.
- Есть ещё одна идея, - сказал Вому. - Камни Йорина могут играть какую-то роль в спасении мира. И это тоже должно быть отражено в тексте, который может являться посланием.
- Вкратце мысль такова, - добавил Хьюм, - что камни - это некий инструмент, а послание - это инструкция по применению. Отец Элиас усмехнулся:
- А спаситель - это сантехник!
- Вы думаете, это лишает его миссию значительности? - спросил Мериголд.
- Я не могу принять такую теорию. Простите, господа, но она примитивна, - покачал головой священник.
- Вы в целом отвергаете такой подход? - прямо спросил Ларвик.
- Что касается поиска послания в тексте Сказаний, в том числе и в неканонических текстах, то я считаю, что это направление разрабатывать нужно, - ответил преподобный. - Однако я против упрощений подобного рода.
- Всё гениальное просто, - заметил я.
- Не в этом случае, - ответил он.
- Хорошо, - кивнул Мериголд, - тогда скажите как вы относитесь к идее поиска послания в тексте ритуала?
- На вашем месте, первоначально, я бы выбрал из всех текстов Сказаний отрывки с прямыми обращениями, которые можно было бы расценивать, как обращение пророка к спасителю, - ответил преподобный. - Как вы могли заметить, в тексте ритуала также встречаются подобные обращения.
- Там даже упоминается о спасителе, - сказал Ларвик.
- Но в каком контексте, господин Хьюм! Клаус абсолютно точно сказал, что любое место в Сказаниях может толковаться по-разному. Вы помните то место, где говорится о спасителе?
- Я могу посмотреть.
- Не стоит. Готов поклясться, что упоминание спасителя в тексте опосредованно.
- Допустим, - согласился Ларвик.
- Итак, я бы проанализировал в первую очередь отрывки с обращениями непосредственно к спасителю и те отрывки, которые общепризнано считаются словами Йорина. Их не так много.
- Простите, - нахмурился Ларвик. - Разве до этого никто не пробовал это сделать?
- Есть две работы, - ответил Элиас. - Но авторы лишь отчасти касались этой темы.
- Мне кажется, я понимаю Ларвика, - сказал я. - Думаю, таким путём пошло бы большинство исследователей. А нам нужен нетрадиционный подход.
- Игнатий, вы ещё не пробовали проработать очевидные варианты, а уже кидаетесь рассматривать какие-то авангардные теории. У вас же нет задачи поразить кого-то нетрадиционностью своего мышления, правильно?
- Да, конечно, - согласился я.
- Тогда зачем сразу всё усложнять? Я не против экспериментов, но вы проработайте сначала базу.
- Логично, - согласился Вому. - Давайте обсудим ещё одну идею. Она связана с местом, важным для спасителя. Мы назвали его местом, где спаситель обретёт силу. Возможно, это будет связано с каким-то знамением.
- Такое место есть. Церковь давно определила его, - отозвался отец Элиас. - Это Источник Юности в Жемчужной земле.
- То место, где сражались Гунн и Йорин? - спросила Лира.
- Да, - ответил отец Элиас. Вому посмотрел на Нейша.
- Мериголд, там ведь есть горы? Вы проверяли этот район?
- Там нет горы с подобным названием, - покачал головой капитан.
- Вы ищете какую-то гору? - спросил Леридо.
- Да, - подтвердил Вому. - В XXI главе канона есть отрывок, описывающий это место.
- «Под огненной горой узрит избранник мой…» - процитировал отец Элиас. - Этот отрывок?
- Совершенно верно.
- В этой местности находится только одна интересная гора, - сказал преподобный. - Точнее это скала. На ней стоит монастырь. «Обитель нетленной плоти», так он называется. Я был в нём однажды.
- Какое интересное название. Почему именно такое? - поинтересовался Нейш.
- О существовании монастыря мало кто знает. Он очень маленький. В нём проживают всего пятнадцать монахов.
- Так мало? - удивилась Лира.
- Туда отправляют тех, кто, будучи монахом, совершил тяжкие преступления.
- А такое разве бывает? - спросил я. Элиас не обратил внимания на мой вопрос.
- Самому старшему сейчас 68 лет. Все охнули.
- Это что, получается, - посчитал я про себя, - почти 140 лет по-нашему?
- Продукты там могут не портиться месяцами, - рассказывал преподобный, - а тела после смерти коченеют и не разлагаются. Потом они со временем мумифицируются. В двух случаях, о которых я знаю, тела умерших превратились в песок.
- Что нужно сделать, чтобы получить разрешение на посещение монастыря? - спросил Вому. Глаза его блестели.
- Разрешение может дать только патриарх. Поэтому говорить сейчас об этом бессмысленно.
- Скажите, отец Элиас, что привело вас туда? - спросил капитан Нейш.
Отец Элиас задумался. Похоже, он раздумывал, отвечать ему или нет. Наконец, он вымолвил:
- Это было два года назад. Тогда в Академии ещё не было кафедры теософии, и я по благословлению архиепископа Геннадия самостоятельно занимался сбором и систематизацией откровений и всего, что связано с высшим духовным опытом. Поскольку на тот момент я считался, чуть ли не единственным человеком, который изучал подобные явления, меня пригласили в обитель для изучения одного странного случая. Мы затаили дыхание.
- Один из братьев сошёл с ума. По его утверждениям ему два раза являлся Йорин. Я сразу же выехал в Вандею, но, к сожалению, незадолго до моего приезда брат Виталиус трагически погиб. Сорвался со стены монастыря.
- Случайно? - спросил Вому.
- Я до сих пор не знаю, - ответил Элиас. - Скорее всего, да. Хотя я не знаю, к какому заключению пришла комиссия, расследовавшая этот случай. По заявлениям братьев, тело Виталиуса превратилось в песок, что естественно вызвало подозрения в убийстве. Но поскольку подобный случай был описан в записках настоятеля Балиа ещё в восьмом веке, обвинения с братьев были сняты. Дело в том, что я уехал оттуда через три дня, а расследование длилось ещё полгода. Поэтому я знаю далеко не всё. Но, думаю, вам будет интереснее узнать, что брат Виталиус в последние дни утверждал, что Йорин показал ему спасителя. Все заметно оживились.
- Якобы именно после этого Виталиус и сошёл с ума. Настолько он был потрясён увиденным.
- Почему? - спросила Лира.