— А кто тебя собирается убивать? — удивило! странник. — Разве я похож на душегуба? Ну, подожди-ка немного, мы с тобой сейчас кое-что сделаем.
Не убирая меча от горла пленного, Блейд одной рукой снял перевязь с пояса верзилы и ловко связал ему руки по свою сторону решетки.
— Вот так-то лучше, — довольно заметил он, — теперь, если ты не возражаешь, я хотел бы одолжить на время твои штаны и сапоги. Не могу же я предстать перед владетелем Крэгхеда нагишом! Полагаю, он будет оскорблен до глубины души… Тем более, что в прежние времена меня здесь почитали…
С этими словами он ловко стащил с охранника штаны и сапоги и надел их на себя.
— Теперь совсем другое дело, — Блейд приосанился. — Ну, как я выгляжу?
— Ты будешь еще лучше выглядеть в котле над огнем, — сплюнул стражник, — когда твои кишки проварятся день или два!
— Да, времена идут, а в Альбе царит все то же невежество, — грустно произнес Блейд. — Ну, посмотрим теперь, такой ли у тебя громкий голос, как и куцый ум. Ты никогда не мечтал стать герольдом приятель?
— Я не буду кричать. Потомственный воин Крэгхеда не может вынести такого позора, клянусь головой Тунора!
— А потомственный воин может прожить остаток жизни слегка подструганным снизу? — зловеще спросил Блейд. Клинок двинулся к паху пленника, а затем последовал приказ. — Ну, кричи, погань! Зови на помощь! Тунор свидетель — мое терпение на исходе…
Вскоре на отчаянные вопли стражника сбежался весь караул — семь рыжебородых солдат, облаченных в кожаные доспехи с бронзовыми накладками. Они на ходу вытаскивали мечи, предвкушая расправу над узником, посмевшим оторвать их от кувшинов с пивом.
— Ни с места! — рявкнул Блейд. — Не двигаться ослиный помет, не то я укорочу вашего приятеля ровно на одну голову!
Стражники, рыча, топтались поодаль. Один из них побежал назад, в караульную, и вскоре вернулся в сопровождении пожилого воина со шрамом на лице, в богатых доспехах, коричневом плаще и бронзовом шлеме, в навершии которого красовалась оскаленная химера. Тот мгновенно оценил ситуацию, злобно выругался и произнес:
— Я не хочу, чтобы мой человек погиб от рук бездомного бродяги. Скажи, чего ты хочешь за его жизнь?
— Немного, — Блейд пожал плечами. — Всего лишь познакомиться с вашим господином. Может статься, мы с ним встречались раньше…
— Ты просишь невозможного! — сотник нахмурился. — Благородный эрл отдыхает. Мы не можем побеспокоить его…
Блейд молча отсек пленнику ухо и, не обращая внимания на его вой, швырнул клок окровавленной плоти в сторону воинов.
— Передайте это вашему господину, — крикнул он. — Может быть, тогда он прервет свой отдых!
Шрам на лице сотника побагровел.
— Клянусь, бродяга, я сам вспорю тебе живот и скормлю кишки псам! Ну, будь по-твоему — мы проводим тебя в покои господина. Ты все равно умрешь… какая разница — за что… за нападение на воина Крэгхеда или за то, что нарушил покой владыки… — Он пожал плечами. — Что ж, жизнь одна, и ее нельзя потерять дважды. Пойдем, я даю тебе слово, что ты встретишься с господином.
Сотник кивнул головой, и молодой солдат отворил дверь темницы. Блейд сунул меч за пояс и уверенно перешагнул порог, даже не бросив взгляда на свою истекающую кровью жертву.
Сотник сделал шаг ему навстречу
— Меч! — зарычал он, протянув руку.
Странник холодно посмотрел на него, вынул меч из-за пояса и швырнул к его ногам. Сталь звонко лязгнула о камень.
Молодой воин спешно нагнулся и поднял оружие. Сотник принял клинок у солдата и вдруг, резко повернувшись, обрушил сокрушительный удар на шею привязанного к решетке стражника.
— Среди нас не место слабым, — он вытер меч о куртку убитого и повернулся к Блейду. — Как имя твое? Я должен знать, как зовут моего нового врага.
— Блейд, Талзана, Ричар, Рисарс, Чард… и еще множество. Имя мне — легион!
— Где дом твой?
— Мой дом — Таллах… или нет, постой… Иглстаз, а может быть, Меотида или Киртан. Нет, не Меотида… Скорее Айден… или Катраз, Берглион, Уренир, Тарн, Брегга… Не помню, ничего не помню…
— Я не слышал таких имен и не знаю таких мест. Пойдем, Человек с Тысячью Имен, ты предстанешь перед судом господина…
Перед глазами Ричарда Блейда снова проплывали странные звероликие твари. Они наливались злобной силой, размножались, совокуплялись и снова сражались… Теперь уже узник не рассматривал диковинные фрески, а пытался вспомнить убранство комнат и расположение помещений. Вот здесь должен быть поворот… Так, поворот на месте… А тут круглый зал… Вот он! На этой стене висела клетка Беаты… Блейд чуть не заулыбался, вспоминать оказалось очень приятно. Его молодое тело, айденская плоть, было таким же сильным, как и раньше, он возвращался назад, в историю четвертьвековой давности, но не пожилым человеком, тосковавшим по временам буйной юности. Нет! Судьба сделала ему удивительный подарок. Он сможет заново погрузиться в этот сказочный мир, в реальность, так напоминавшую эпоху норманов и скальдов или сказания о короле Артуре. И он все тот же — неутомимый в бою и на любовном ложе! Пророк, беглец, властелин, герой, победитель… Мужчина, юный возрастом, но зрелый разумом…
Наконец они поднялись по лестнице к парадным покоям, и сотник подтолкнул Блейда вперед. Один из его людей, посланный к господину Крэгхеда, предупредил владыку о прискорбном случае в темнице, и эрл, прервав свой отдых, был готов свершить суд над дерзким узником.
Блейд встал на пороге довольно просторного зала. Солнце еще не взошло, но светильники были потушены, и в комнате царила полутьма. Караул молча сгрудился за спиной пленника, держа наготове мечи и не спуская с него настороженных глаз. Сотник вышел вперед и громко произнес:
— Мы привели его, господин!
Эрл Крэгхеда молча стоял у окна, наблюдая, как серая мгла на горизонте окрашивается в розовые тона. Он не повернул головы, чтобы взглянуть на пленника. Сотник снова подтолкнул его, и Блейд медленно двинулся к застывшей в отдалении фигуре, задрапированной в длинный плащ. На ходу он обдумывал тактику предстоящей беседы.
Но вот первый луч утреннего солнца упал на лицо господина Крэгхеда, высветил заячью губу, уродливое лицо, подернутое паутиной мелких морщинок, и Блейд не сумел сдержать возгласа изумления.
Мошенник и плут! Виртуоз ножа, маэстро лжи! Ловкие пальцы, непоседливая задница! Жулик и хитрец! По представлениям Блейда, он давно должен был бы украсить своей особой какую-нибудь из виселиц Альбы… Некогда — наемник, вор, оруженосец и слуга, а ныне — эрл Крэгхеда, владыка Скалистой Твердыни…
— Сильво, мерзавец, — рявкнул Блейд, — так-то ты встречаешь своего господина!
Глава 3. Встреча
В зале повисла тишина, и Блейд, воспользовавшись заминкой, огляделся по сторонам.
Да, в Крэгхеде явно не бедствовали! И со времен Беаты здесь многое изменилось. Древние гобелены уступили место роскошным драпировкам, с потолочных балок свисали изукрашенные золотом знамена, стены пестрели развешанным оружием всех мыслимых форм. Вычурные гербы никогда не существовавшего благородного рода красовались на положенном месте — над огромным камином, еще не пробудившимся от ночного сна.
Блейд отметил, что вся эта показная роскошь вполне в духе его бывшего слуги, который слишком долго терпел нужду, а теперь, вероятно, упивался этим варварским великолепием, как перезрелая девица после долгих лет опостылевшей девственности наслаждается вакханалией плотских утех. Но откуда же…
Размышления Блейда прервал сдавленный возглас.
— Хозяин! Это хозяин! Клянусь задницей Тунора!
Так, подумал странник, косоглазый плут очнулся-таки от ступора. Он широко ухмыльнулся.
— Ну да, я. А ты чего ждал? Портовых девок с бубнами? — Блейд произнес это нарочито грубо, зная, что именно такое обращение поможет его приятелю скорее прийти в себя. — Ну, здравствуй, бродяга!
— Кто из нас бродяга — это еще посмотреть… — Сильво заулыбался, и гость, не оглядываясь, ощутил, как расслабилась за спиной стража, сообразившая, что их повелителю ничего не грозит.