Глава 6. Отлет
Утром, устроившись на крыльце, Блейд принялся точить фран Ильтара. Тот, который подарила Састи, был девственно чист и остр, но он полагал, что древнему клинку недолго осталось ждать.
Солнце пригревало, но с реки еще тянуло ночной прохладой; ее серебристая гладь просвечивала сквозь ажурные кроны плакучих ив и тополей. Подняв голову, Блейд мог видеть вершину франного дерева, что росло за павильоном; зеленовато-сизой свечой она уходила в небеса, словно палец, нацеленный прямо в неведомую планету, родину ттна, шестиногих таротов и этого древесного исполина, несокрушимого, как само время. Над франным деревом проплывало облако, похожее на пухлый белоснежный цеппелин с причудливым драконьим хвостом. Непоседливый Алтор. Ветер странствий, нес его на север, к истокам полноводной Зайры, к горному хребту, за которым простирались джунгли, болота, узкая лента стремительного водного потока и снова болота, но уже принадлежавшие другому континенту и другому миру. Странник отлично помнил те места, леса, холмы, степи, саванну, и так — до самых границ Айдена. Он проводил облако взглядом, жалея, что не успел купить билет на этот туманный и зыбкий воздушный корабль.
Но он не нуждался в непадежном облачном лайнере и даже в крыльях стремительного Алтора, золотогривого Майра и остальных пяти хайритских ветров. Слева от крыльца, чуть приподняв нос к небесам, замер стреловидный аппарат, отливавший розовым и золотистым. Лучи солнца играли на прозрачном пластике пилотской кабины, на округлом вытянутом корпусе, на коротких, скошенных назад, крыльях, на хвостовых стабилизаторах. Такие знакомые, привычные очертания… Блейд усмехнулся. Трудно найти место внутри или снаружи флаера, которого не касались бы его пальцы за долгие месяцы пути; однако теперь он знает, что — нажимать, и что — крутить… Теперь никому не удастся сбросить его вниз!
Он с силой провел точильным камнем по клинку, наводя последний глянец, и начал осматривать стрелы. Их оставалось десятка два, стальных недлинных болтов, пробивающих насквозь щит, панцирь и то, что этот панцирь должен защищать. Добрая хайритская работа… как и арбалет… Недолгое дело собрать оружие и припасы, забросить в машину и взмыть в небеса… Не распрощавшись ни с кем, так же, как он покинул Тагру…
Странник распрямил спину, услышав скрип гравия под торопливыми шагами и уставился на пышный куст в голубых цветах, за который убегала дорожка Кто-то идет, и явно к нему… хотя для гостей еще рановато. По делу?
За кустом мелькнул серый комбинезон Састи. Она почти бежала, и Блейд отметил тревогу в ее глазах и учащенное порывистое дыханье. Похоже, фаттах’аррад Залар вынес свой вердикт, подумал он. Или случилось что-то более серьезное? После ночи, подаренной ему синеглазым координатором, он был готов разделить ее заботы.
— Эльс! — Састи стояла перед ним, прижимая к груди руки. Блейд отложил стрелы и встал. Он был полунагим; замшевые хайритские штаны да пояс с бронзовыми бляхами, над которым бугрились мышцы живота, делали его похожим на скифа, готовящегося к набегу.
— Хорошее утро, Азаста. Пройдешь в дом? — он кивнул на деревянные ступени, что вели на веранду. — Или вынести кресло сюда?
Она все еще не могла отдышаться и только отрицательно замотала головой. Пепельные волосы рассыпались по плечам, к вискам, покрытым испариной, прилипли темные завитки.
— Эльс, у нас возникли сложности… — голос Састи прерывался, хотя она старалась говорить спокойно. — Ты слышал про Ар’каста?
Блейд кивнул. Ар’каст являлся ратонским резидентом в Ксаме, а это значило, что он выполнял в эдорате ту же работу, что и покойный Асруд в империи.
— Кажется, с ним что-то происходит… что-то плохое, милый… — Ласковое слово вырвалось у нее так легко и непроизвольно, что сердце Блейда на миг затопило теплой волной. Когда у женщины случается беда, она спешит к своему мужчине, подумал странник. И это правильно; так должно быть всегда и везде — в цивилизованном Ратоне и в других местах, не столь гостеприимных и безопасных.
Он шагнул к Састи и нежно обнял се, чувствуя, как женщина доверчиво прильнула к его груди.
— Прежде всего, успокойся. Волнение и страх — плохие помощники.
— Я спокойна. — Действительно, ее дыхание стало ровным и голос больше не дрожал. — Ночью мы получили дурные вести, Эльс. Ментальное излучение Ар’каста внезапно изменилось… похоже, ему пришлось перенести болевой шок. Выводы всех трех наблюдателей совпали: его пытают. Они… наши связисты… уже сталкивались с такими вещами.
— Ар’каст не остановил сердце?
— Нет. Либо он еще на что-то надеется, либо… — она сделала паузу. — Понимаешь, Эльс, Ар’каст провел в Ксаме двадцать пять лет… У него есть дочь…
Блейд кивнул. История Асруда повторялась; тайное искусство ратонских разведчиков не могло спасти их от мук.
— Вы знаете, в чем дело? — спросил он. — Почему провалился Ар’каст?
— Вряд ли это провал. Он — большой человек в Ксаме… служит эдору верой и правдой много лет. Скорее всего, он в чем-то провинился или попал под подозрение… — Састи подняла на Блейда глаза, полные слез. — Эльс, мы не можем оставить его без помощи! Сначала твой отец, потом — Найла… теперь — Ар’каст…
— Положим, я приму, участие в этом деле, — странник погладил пепельные локоны Састи. — Что скажет фаттах’аррад?
— Он уже сказал… сказал, что мы можем полностью довериться тебе… сказал даже больше — что ты лучше нас знаешь, как и что делать.
«Поразительно!» — было первой мыслью Блейда. Потом он решил, что почтенный Залар — самый здравомыслящий среди пацифистов, какие когда-либо ему встречались.
— Странно, — шепнула Састи, — у тебя нет нашей подготовки, знаний… и все же он советует полностью довериться тебе…
— Возможно потому, что я — человек решительный, — усмехнулся Блейд. Пожалуй, это объяснение было не хуже прочих.
— Догадываюсь, — на губах Састи тоже мелькнула тень улыбки.
— Будем считать, что наши мнения совпадают. Могу ли я теперь поинтересоваться кое-какими подробностями насчет Ар’каста? Например, где он живет? И где находится сейчас?
— У него дом в Катампе. Это крупный порт и военная база на Внутреннем Ксидумене… собственно, самый большой город Ксама, Эльс. Рядом, в Восточных горах — рудники, центр производства оружия. Под городом — верфи, торговые дворы, мастерские… и там же находится ад’серит.
Про Катампу Блейд уже слышал — еще в Айдене, от бар Занкора, когда они составляли карту. Фактически, Катампа была столицей эдората, что подтверждалось размещением в ней ад’серита, правящего совета, со всеми его службами. Формально же первенствовал Тиллосат, расположенный почти в центре страны, милях в пятистах от побережья. Там пребывал эдор — средоточие светской и духовной власти, император и первосвященник, который, однако, редко вмешивался в практические дела. У него имелись задачи поважнее — молитвы светлому Эдну. Всем прочим занимался ад’серит, прибегая к помощи эдора лишь в спорных случаях, к числу которых относилась и вечная дилемма — казнить или миловать. Впрочем, министры и генералы ад’серита казнили направо и налево и без подсказки эдора, но никто не посягал на его прерогативы милосердия. Но, по слухам, эдор был суров и милость являл не часто.
— Я полагаю, что должен вылететь в Катампу, пробраться в дом Ар’каста и выяснить, что произошло, — заметил Блейд. — Потом можно действовать по обстоятельствам — либо силой, либо хитростью, либо золотом. Так или иначе, я вытащу его и привезу сюда. Принимается?
— Принимается. Только насчет силы, Эльс… ты же будешь один…
— Золото — тоже сила, моя дорогая. Будет золото, будут и люди. Если верно то, что я слышал о Катампе, в ней множество пришлых. Не из Айдена, конечно, и не из Хайры, а с Перешейка и из торговых городов Кинтана. Торговцы, искатели приключений, разбойники, пираты… Понадобится, так я навербую целую орду и возьму штурмом замок ад’серита.
— Но в нем полно войск…
— Вот тут-то нужна хитрость. — Блейд рассуждал уверенно, не желая тревожить Састи. Однако, с точки зрения профессионала, штурм катампских темниц не выдерживал критики: солдаты у Ксама были отличные и им не составляло труда разогнать тысячную банду наемников. Нет, скорее надо идти на дело с двумя-тремя верными людьми или вообще одному. И окончательный план составить на месте.