— Да, конечно. В Саммате наш главный центр. Там учат, поддерживают связь со всеми сотрудниками и накапливают информацию. Я полагаю, некоторое время ты будешь там жить и учиться.
«Или сидеть в каталажке», — подумал Блейд, вновь поглаживая свой кинжал. Впрочем, он сомневался, что у южан существуют тюрьмы. Что они сделают с ним, когда он передаст шефу «последний привет» от Найлы? Выжгут мозг? Подвергнут принудительному лечению?
— Я не вижу городов, — он кивнул вниз, где тянулась приятная на вид местность с речками и рощами, среди которых стояли здания. Некоторые походили на деревянные коттеджи; другие, покрупней, производили впечатление каменных. Но ничего подобного индустриальным пейзажам Европы или Штатов не наблюдалось: никаких монстров из бетона и стали, никаких скоростных магистралей. И ничего похожего на заводы. Приглядевшись, он заметил, что внизу мельтешат небольшие машины, похожие на разноцветных мошек — видимо, здесь пользовались только воздушным транспортом.
— Ты говоришь о местах, где множество больших домов выстроено близко друг к другу? — уточнил капитан. После ответного кивка Блейда он пустился в объяснения: — Таких городов в Ратоне нет. Ты видишь, что здания расположены в парках, в садах либо у воды — кому где нравится жить. Люди могут найти занятие дома и на плантациях, что разбиты неподалеку, или быстро добраться куда угодно. Есть флаеры, похожие на твой, есть система скоростного подземного транспорта, есть еще и…
— Неужели города так плохи? — невольно вырвалось у Блейда. Он был закоренелым горожанином и утопии в духе моррисовских «Вестей ниоткуда» его не слишком привлекали.
— Люди должны жить как люди, — внезапно вступил в разговор Омтаг. — Не дышать в затылок друг другу, не отдавливать ног на узких дорожках, не задевать локтями чужие ребра. Собери людей на небольшом пространстве города, и ты получишь стадо жвачных. Сожми это пространство до размеров воинского лагеря — и люди превратятся в стаю хищников. Каждый — на виду, каждый — под взглядом начальника… Разве не так, Эльс?
— Пожалуй… — произнес Блейд. Но в этот момент он думал не о просторных хайритских поселениях, не о шумных имперских городах и даже не о самом большом из них, Айд-эн-Тагре, столице, в которой обитало тысяч пятьсот народа. Он представлял себе гигантские земные мегаполисы, в десятки раз превосходившие столичные города этого мира; многомиллионные муравейники, где люди в нескончаемой гонке сопели в затылок друг другу, отдавливали ноги и души, а также то и дело совали локти и кулаки в чужие ребра. Может быть, Рахи из Айдена еще поспорил бы с ратонцами насчет пользы городов, но Блейд с Земли делать этого не стал.
Впрочем, его любовь к шумным и бестолковым земным городам вовсе не исчезла и не уменьшилась. Он провел в них десятки лет, большую часть жизни, и было бы странно сразу отказаться от их привычной суеты и соблазнительного изобилия. Конечно, ощущение чужого дыхания на затылке было не слишком приятным, но свои ноги и ребра Ричард Блейд умел поберечь в любой тесноте. В его пристрастии к городам, пожалуй, имелось и коечто профессиональное — города были превосходным местом охоты, резерватом, где человеческая дичь так и кишела. В этой толчее так легко затеряться, исчезнуть, пропасть, представиться маленьким, робким и совершенно безопасным… В конце концов, ни у кого на лбу не написано, добыча ли он или охотник…
Вероятно, в Ратоне, в этой полумифической стране, в которую он так стремился, все было иначе. Люди тут явно предпочитали простор и не толклись над общественным пирогом, выхватывая куски пожирнее. Блейд предчувствовал, что у них действительно отсутствовали короли, президенты и «великие кормчие», равно как и прочие атрибуты государственности, присущие на Земле и демократиям Запада, и диктатурам Востока. Утопический социализм? Возможно, возможно… Он ничего не имел против такого строя. В сущности, счастливая Утопия — прекрасная штука, если знать, каким образом до нее добраться…
Ладно, решил странник, историческими изысканиями он займется в камере, где честно отсидит свои двадцать лет за убийство главного босса Хорады. Ну, не двадцать, тут же поправился Блейд, а два… или даже пару месяцев… Сколько там времени понадобится Хейджу, чтобы извлечь его отсюда — вместе с телом Рахи? Он знал, что даже под угрозой смерти не бросит свой самый ценный айденский приз и не воспользуется паролем возвращения. То, что сказал Хейдж, в корне меняло дело; прежде он знал, что рано или поздно предстоит расстаться с молодостью, теперь же появился шанс забрать ее с собой. Может, не лезть на рожон и повременить с этим проклятым боссом? Хотя бы до того момента, как прояснится ситуация у Джека?
Английская кровь подсказывала ему, что такое решение было бы наилучшим, но ирландская и огненная капля испанской бунтовали. Странно, но сила сейчас была на их стороне. Дела чести не терпят отлагательств!
Серебристый аппарат приземлился на просторной лужайке перед белым круглым зданием, напоминавшим сильно увеличенный парковый павильон. Перед посадкой Омтаг предупредительно сделал несколько кругов на малой высоте, давая возможность гостю рассмотреть местность. Тут была река, широкая и спокойная, неторопливо струившаяся меж пышных лугов; она делала петлю, образуя нечто вроде полуострова — почти острова, ибо ширина перешейка составляла не больше трех сотен ярдов, и его пересекал канал. Сам остров выглядел довольно большим, миль пять-шесть в диаметре. Плоский, покрытый рощами и полянами, украшенный двойным узором красноватых дорожек и серебристых ручьев, он показался Блейду обычным парком — таким же, на какие он уже нагляделся с высоты.
Белое здание-павильон стояло точно в центре. Вокруг него были разбросаны домики-коттеджи; одни выглядывали из-под древесных крон, другие предпочитали открытый луг или место у самой воды, на берегу реки или у одного из многочисленных прудов. По обе стороны неширокого канала тянулась настоящая улица; она была замощена, и дома тут стояли каменные, разнообразных форм и в два-три этажа высотой. Вероятно, в Ратоне это могло считаться городом.
Блейд разглядел с полдюжины небольших ажурных мостов, соединявших берега канала. Через реку, раза в четыре превосходившую Темзу шириной, тоже был переброшен мост — пологая дуга без всяких опор, державшаяся, видимо, одним Божьим соизволением. Весь этот пейзаж, деревья, цветущие лужки, речные пляжи, мосты, домики и дома, сильно напоминал курортносанаторную идиллию где-нибудь на Лазурном Берегу, а не главный шпионский центр гигантской страны, занимавшей всю южную часть континента.
Но странник не обманывался не сей счет. Разведчики — тоже люди, и если им надо замаскировать место своего пребывания, они скорее выберут санаторий, ферму или ранчо, чем фабрику. Кстати, у террористов и нелегалов всех мастей и расцветок точно такие же пристрастия, подумал он; достаточно вспомнить санаторий очаровательного доктора Лейи Линдас в Райдбаре. Блейд представил себе бездонное ночное небо, на котором горели ослепительные синие звезды, и усмехнулся: его странствие, одиннадцатое по счету, было весьма любопытным.
Летательный аппарат мягко опустился на траву и замер в неподвижности. Смуглый капитан, склонившись над пультом, щелкнул клавишей и произнес:
— Прилл Х’рон — координатору. Мы прибыли. — Затем он встал и кивнул Блейду: — Пошли, Эльс. Сейчас ты познакомишься с нашим вождем… Так, кажется, говорят у вас в Айдене?
Они миновали салон, спустились в грузовой отсек, где мирно отдыхал видавший виды флаер, и спрыгнули в траву. Прямо перед ними полукругом шла мраморная лестница о десяти ступенях, потом — кольцевая галерея с колоннами, окружавшая павильон. Вход был широк и не имел двери — просто квадратный проем в каменной стене, украшенный аркой. Там царила тьма; да и снаружи, на поляне, начинало смеркаться. Был вечер, и оранжевый солнечный диск уже прятался за деревьями, затопив небеса розовым сиянием.
Блейд полагал, что смуглый южанин сейчас проводит его в кабинет — то есть в место, где все цивилизованные люди занимаются допросами. Но нет! Прилл остановился у подножия лестницы и знаком попросил странника подождать. Они стояли рядом, вдыхая ароматы свежей зелени и цветов, столь непривычные после терпких запахов моря. Прилл, в своем опрятном светло-коричневом комбинезоне, вполне соответствовал окружению; Блейд, обросший бородой, в пропотевшей кожаной тунике, с кинжалом за поясом, выглядел дьяволом из преисподней, попавшим в утопический рай Дени Вераса и Кампанеллы. Он и был дьяволом, только Прилл пока что не ведал об этом.