В комнате же, где очутился Блейд, не замечалось ни потолка, ни крыши. Приглядевшись, он как будто бы различил вверху серебристый отблеск прозрачного купола, но в ярких солнечных лучах тот был почти незаметен.
— Это… это твой дом? — странник развел руками, повернувшись к Майку. Тот ждал, не мешая гостю осмотреться, и эта сдержанная деликатность показалась Блейду удивительной для юноши столь нежного возраста, почти подростка. Обычно такие пареньки на Земле вели себя куда развязней.
— Часть моего дома, место, где отдыхают, проводят время с друзьями.
— Гостиная, — уточнил Блейд.
— Гостиная? Место для гостей? Прекрасное определение, сэр! Да, это гостиная — очаг, кресла, ковер, лужайка, пруд и все остальное. А там, — Майк поднял руку к едва заметному куполу, — там звездная ночь сменяет солнечный день, и рассвет спешит разогнать темноту…
Он улыбнулся, его мальчишеское лицо приняло мечтательное выражение.
— Вероятно, — произнес странник, — ты должен представить меня своей семье. Только боюсь, я напугаю их до смерти своим диковатым видом.
Мечтательная улыбка Майка вдруг стала смущенной.
— Моя семья в настоящий момент существует в несколько урезанном виде, — заявил он, хлопнув себя по груди.
— Разве ты живешь один?
— Почему бы и нет? Что здесь удивительного?
— В моем мире пареньки твоего возраста обычно живут с родителями.
— Моего во… — он вдруг замолчал, потом расхохотался. — Внешность обманчива, мой дорогой сэр, внешность обманчива! И я совсем не так молод, как может показаться!
Блейд еще раз оглядел щупловатую фигурку Майка, чувствуя некоторую неловкость. Возможно, он был слишком бесцеремонен с этим человеком, считая его неоперившимся юнцом? Возможно, обитатели этого мира могли по своему желанию принимать любую внешность, и вид людей вовсе не свидетельствовал об их возрасте? Но почему же тогда Майк избрал столь непредставительный, столь легкомысленный облик? Впрочем, этот мальчишеский вид мог вполне соответствовать его характеру,
— Позволено ли мне поинтересоваться… гм-м… вашим истинным возрастом? — осторожно спросил Блейд. — Видите ли, Майк, ошибки с этим делом могут привести к изрядным недоразумениям… Боюсь, я показался вам невежливым…
— Ни в коем случае, сэр Блейд, ни в коем случае! Если речь идет о формальном обращении, то я предпочел бы упростить таковое и со своей стороны. Если ты позволишь…
— Позволю, — странник улыбнулся.
— Вот и прекрасно! Что касается моего возраста, пересчитанного на время оборота твоей планеты вокруг центральной звезды, то…
Майк назвал некое число, и Блейд охнул. Конечно, дистанция от страны шестилапых до Синтолы впечатляла больше, но возраст его хозяина тоже был не маленьким. Не маленьким, но отнюдь не почтенным, если судить по облику и поведению Майка. Вероятно, в Уренире были свои понятия о старости — если они существовали здесь вообще.
Теперь странник готов был засыпать своего хозяина сотней вопросов — о причинах огромности местных океанов и материков, о солнце, вечно висевшем в зените, о цветных дождях и тучах, периодически затемнявших светило, о райской лесной обители шестилапых, о чудодейственных дверях, соединявших удаленные на гигантские расстояния точки, о лекарстве вечной молодости и прочих интересных вещах. Но Кармайктолл строго заявил, что время беседы еще не пришло. Гость должен быть умыт, одет, накормлен — ибо, лишь отдав дань телесному, можно всерьез заняться духовным.
Оказалось, что дом Майка располагается внизу, под садом и гостиной с камином; туда вел спуск с каменными ступеньками и пара крохотных шахт, напоминавших лифтовые. Блейд очутился в просторном холле, откуда несколько дверей и два коридора вели и другие помещения — спальни, гардеробную, столовую, хозяйский кабинет. По словам Майка, все тут было настоящим — стены, полы и потолки, двери и мебель, вода в огромной ванной и пища, которую вместе с посудой производил некий агрегат в столовой. Все — настоящее, каменное, деревянное, металлическое; никаких иллюзий!
Услышав об иллюзиях, Блейд сообразил, что далеко не каждый из местных обитателей предпочитает реальность фантомам. Похоже, дом Майка отражал лишь вкусы и пристрастия своего хозяина, но никак не технические возможности цивилизации Уренира. Блейду было ясно, что никаких догадок на сей счет строить не надо, ибо на все его вопросы будут даны в свое время ответы; главное, удастся ли их понять!
Тем временем Майк препроводил его в ванную комнату, где потоки воды, ударившие со всех сторон, смыли с тела странника грязь, пот и кровь. Заодно — совершенно необъяснимым образом! — исчезли синяки и щетина, затянулись ссадины. Под конец недолгой, но бодрящей процедуры с потолка спустился забавный металлический паук, кибер-парикмахер, сотворивший с головой Блейда некое чудо. Таких причесок не делали в лучших салонах Лондона!
Еще через четверть часа странник был одет. Рыжий Кармайктолл немного кривил душой, утверждая, что в доме его не водятся фантомы. В гардеробной их как раз хватало! Яркие иллюзорные наряды скользили по воздуху, чтобы облечь тело Блейда, огромное зеркало перед ним помогало разглядеть и оценить все подробности туалета. Возможно, то было не зеркало, а терминал какого-то сложного аппарата: Блейд мог видеть себя сбоку, со спины, в любом ракурсе. И стоило произнести слово, сделать жест согласия, как одеждамираж становилась реальностью.
Странник выбрал узкие темно-зеленые брюки, заправленные в мягкие сапожки с невысокими голенищами, и салатного цвета рубашку. Этот костюм казался почти невесомым, хотя пояс и лампасы брючин, как и рубаха, были расшиты серебром — или чем-то, очень напоминавшим серебряную нить. Вышивка прекрасно гармонировала с зелеными тонами костюма, а все вместе весьма подходило к темным глазам и волосам Блейда.
Майк, сменивший свое походное одеяние на серые щегольские брюки и серую же кружевную рубашку, одобрительно кивнул.
— Вот теперь я вижу, что мне выпала честь принимать цивилизованного человека, а не дикаря в перьях. Интересно, что скажет по этому поводу Миклана… Я думаю, ты ей понравишься, она обожает крупных мужчин.
— Миклана? Дама, сэр Майк?
— Некоторым образом, сэр Блейд… Ну, где ты предпочитаешь поесть — здесь, внизу, или наверху, у очага? Мы могли бы куда-нибудь отправиться, но тебе, пожалуй, рановато выходить в свет. Тут, в Ортоге, есть странные места…
— В Ортоге? Разве мы не в Синтоле? — Блейд жестом показал на прозрачную трубу лифта, намекая, что желает обедать наверху.
— Если ты интересуешься нашим точным адресом, то он таков: континент Синтола, полуостров Ортога. Чантарское Взморье, — сообщил Майк. — Затем следует код моего жилища — мое имя с номером, попросту говоря.
Они поднялись в гостиную, где невидимые слуги уже накрыли стол, придвинули к нему кресла и разожгли огонь в камине. Подняв глаза вверх, Блейд с удивлением заметил, что начало смеркаться и в небе загораются первые звезды Майк перехватил его взгляд и улыбнулся.
— Иллюзия, мой дорогой сэр, иллюзия — одна из немногих, которую я готов признать… — Изящный кувшин склонился над бокалом гостя, потом порхнул к бокалу хозяина, ничья рука не касалась его. — Хотя мы живем в Большой Сфере сотни тысяч лет, наш организм все еще нуждается во сне, и нашим глазам приятно зрелище звездного неба…
Большая Сфера! Теперь Блейд уже не сомневался, что попал в мир, рядом с которым Земля выглядела горошиной. Ну, теннисным мячиком в лучшем случае!
Они воздали должное обеду и вину — ели и пили неспешно, обмениваясь репликами, взглядами, улыбками Постепенно чувство покоя и умиротворения стало охватывать странника, этот день, начавшийся с розового дождя, сражения и бегства, был на редкость удачным. Теперь Майк, сидевший напротив, уже не казался Ричарду Блейду мальчишкой, сбежавшим от родителей в экзотический заповедник, и лицо его даже не выглядело особенно юным в отсветах пылавшего в камине огня, лишь белозубая улыбка да блеск глаз остались прежними. Костюм же Кармайктолла был строг и красив, волосы на голове вились огненно-рыжими волнами, плавные жесты подчеркивали неторопливую речь.