— Вы замахнулись на сам Департамент Перевозок? Похвально, похвально, мой друг!
В голове Блейда начал созревать план.
— Я собираюсь заставить Джеббела выложить все, что он узнал на допросе, когда меня накачали наркотиками. Именно после этого я вспомнил свое настоящее имя.
— Ричард, вы что, собираетесь проделать это прямо сейчас?
— А зачем откладывать?
— Знаете, мой милый, вы слишком энергичны… тут я вам не компания. Своя шкура дорога.
— Я не приглашаю вас с собой,
— И то хорошо. Ну, делайте, что хотите, только дайте мне сначала убраться отсюда.
Журналист встал и направился к выходу.
— Торн, сначала вы не показались мне трусом, — заметил странник ему в спину,
— А вы мне — идиотом. Прощайте!
Он вышел из комнаты, мягко прикрыв за собой дверь. Блейд, остывая после секундной вспышки, понял, что журналист прав. Что он собирается узнать у Дайна Джеббела? Весь его план строился на неясных видениях, на фантомах, порожденных больным сознанием… Один к ста, что он добьется удачи! Ведь ему предстояло помериться силами с самой могущественной организацией на планете!
Но странник чувствовал, что жребий брошен. Гаген Торн, единственный человек, которому он доверил свою тайну, ушел, и действия журналиста были теперь непредсказуемы. Торн но имел никаких моральных обязательств перед ним, Блейдом, и мог воспользоваться полученной информацией по собственному усмотрению. Надо было действовать — и действовать быстро, хотя Блейд пока понятия не имел, что будет делать дальше, когда узнает все о своем прошлом. Однако…
Однако фортуна улыбается смелым!
Внезапно он понял, что мысленно произнес эту фразу на своем родном языке, а не на лающе-гортанном наречии Эрде.
Ричард Блейд довольно улыбнулся.
Глава 7
Журналист оставил Блейду свое оружие; возможно, теперь Торн сожалел об этом, но он был слишком горд, чтобы возвращаться. Не оглядываясь — плохая примета! — он вышел из, дома, разыскал свой велосипед и стал накручивать педали до ближайшей станции железной дороги. Там, предъявив неприметную пластиковую карточку, журналист смог воспользоваться защищенной линией связи. За время короткого разговора его собеседник произнес всего несколько слов и так и не высветил своего лица на экране. Затем Торн, на которого дежурный по станции уже смотрел с некоторым подобострастием, спокойно направился к перрону, сел на скамейку и задремал — до самого прихода поезда.
Когда дребезг велосипеда журналиста замер вдали, Блейд решил провести рекогносцировку.
Прогулявшись по темным комнатам, он, к своему удивлению, никого не обнаружил — даже трио, занимавшееся любовью в холле, куда-то исчезло, Блейд совсем было собрался подняться на второй этаж, но тут ему пришла в голову мысль испытать новое оружие. Спрятавшись за высокой деревянной колонной, поддерживающей потолок, и вспоминая предостережения журналиста, он высунул из своего укрытия руку с цилиндром и нажал на спуск.
Раздался пронзительный свист.
Когда звук замер, Блейд выглянул из-за столба. На первый взгляд, жертв и ощутимых разрушений не наблюдалось, но, внимательно проследив траекторию полета диска, он обнаружил кучу бумажной трухи, в которую превратилась лежавшая на полке стопка журналов. Сам злополучный диск застрял в стене за ними, пробив насквозь полудюймовый слой штукатурки. Странник с трудом выковырял его и осмотрел: края слегка волнистой круглой пластинки были остры, как бритва. Оружием дальнего боя эта штука, очевидно, не являлась, но вблизи разила насмерть или причиняла мучительные раны. Никакой тактической необходимости в этом вроде бы не было… Впрочем, о какой тактике могла идти речь в стране, которой не с кем воевать?
Блейд продолжил осмотр дома, решив, что пока он беседовал с журналистом, гости успели разойтись. Однако на втором этаже признаков жизни было гораздо больше: возле одной из дверей он услышал приглушенный стон и, заглянув внутрь, увидел извивавшуюся на полу голую девицу.
Пройдя дальше, странник наткнулся на открытую дверь, что вела в спальню Лейн, хорошо знакомую ему по прежним визитам. Внутри никого не было, зато где-то за тяжелыми, закрывающими стену драпировками вовсю лилась вода. Блейд опустился на круглую низкую постель и принялся ждать. Темнота создавала подходящую обстановку для наблюдений и размышлений.
Раньше он как-то не задумывался, откуда у одинокой и достаточно молодой женщины-врача такой роскошный и просторный особняк; теперь, после беседы с журналистом, появилось некое объяснение. Если она действительно работает на Департамент…
Но тут вода потекла тонкой струйкой, а затем ее шум и вовсе стих. Чуткое ухо Блейда различило теплый шорох полотенца. Он представил, как махровая ткань скользит по нежной коже Лейн, собирает влагу с ее налитого тела… И чуть не отказался от своего замысла.
Лейн вышла.
Она была нагой до пояса; ниже на ней почему-то оказались брючки — впрочем, в обтяжку и, к тому же, мокрые. Женщина шла, покачиваясь и натыкаясь на углы — несмотря на душ, она все еще не протрезвела. Она не сразу заметила гостя; лишь после того, как Лейн повалилась на кровать, а он грубо поднял ее за волосы, в глазах женщины появился проблеск мысли. Дать ей сейчас заснуть, значило провалить весь план, и без того сметанный на живую нитку, поэтому Блейд для начала как следует встряхнул ее.
Лейн глупо захихикала; сейчас, пьяная и полуголая, она не внушала Блейду ничего, кроме отвращения. Он никак не мог понять, что же в этой женщине привлекло его, ведь она даже не скрывала, что предает возлюбленного.
— Ты хочешь заняться со мной любовью? — Она уставилась прямо в лицо странника, безуспешно пытаясь сфокусировать взгляд и вспомнить его имя. — Знаешь, меня уже пригласил Бовилл… Но ничего… я думаю, он не будет иметь ничего против групповухи…
— Какой групповухи? — Блейд сильно стиснул ее нагое плечо. — Ты же фригидная тварь! Что, этому кретину больше никто не достался?
Похоже, она то ли узнала его, то ли начала медленно трезветь. Чтобы ускорить этот процесс, Блейд пару раз хлопнул женщину по щекам.
— Ч-что т-тебе надо? — Ей с трудом удалось выдавить из себя осмысленную фразу.
— Прекрати немедленно весь этот бардак и вызови сюда Джеббела.
Лейн снова глупо захихикала.
— Я же говорила Бовиллу, что ты не любитель коллективного секса, а он не верил… А что, секс — не самый плохой вид спорта…
Блейду не хотелось переходить к решительным действиям, но выбора не было. Он охватил рукой ее шею — недостаточно сильно, чтобы задушить, но в самый раз для того, чтобы она поняла, какой конец ее ждет при малейшей попытке сопротивления. Чтобы еще более ускорить протрезвление, странник вытащил свой «пистолет» и приставил девушке под левую грудь. Правда, у него имелись некие сомнения насчет анатомии обитателей Эрде, но даже если диск не встретит на своем пути сердца, Лейн попросту истечет кровью.
— Ну, детка, догадываешься, что это такое? — сквозь зубы процедил он
— Д-да… — смысла в ее словах с каждой секундой становилось все больше и больше.
Грудь ее вдруг напряглась, сосок набух, отвердел. Это не скрылось от его натренированного взгляда, но отнюдь не уменьшило решимости довести дело до конца.
— Что тебе надо? — вновь спросила Лейн, теперь уже почти нормальным голосом, разве что с изрядной хрипотцой.
— Немедленно вызови сюда Джеббела.
— Что — прямо сейчас?
— Ты схватываешь прямо на лету, моя птичка.
— Он не приедет.
— В твоих интересах сделать так, чтоб он приехал, — Блейд недвусмысленно повел «пистолетом» под грудью женщины. Даже себе самому он не мог признаться, что это доставляло ему удовольствие.
— Подожди, я должна подумать…
— Думай, но побыстрее.
— Сейчас… Отпусти же меня…
Лейн поднялась, подошла к коммуникатору, Блейд двигался по пятам. Она перестала шататься и выглядела вполне трезвой. Впрочем, кого бы не отрезвило дуло этого «пистолета», который мог превратить тело в мясной фарш?