Машина спокойно выехала из городка. На его южной окраине постов не было.
Лейта, необычно молчаливая и замкнутая, не радовалась даже взятому у врагов оружию. Вялая и меланхоличная, она только изредка и коротко бросала «направо», «налево» или «прямо» на поворотах. Управление почти ничем не отличалось от земного; Блейд освоился с машиной за считанные минуты.
Вокруг тянулись возделанные поля — мирный, идиллический пейзаж. Военные посты, похоже, остались позади; навстречу машине распахивала свои жаркие объятия пустыня. Мало-помалу деревьев становилось все меньше и меньше; появились низкие длинные песчаные холмы, заросшие пожухлой травой.
— Скоро граница, — сухо объявила Лейта.
— Посты? Заграждения? Охрана? — осведомился Блейд.
— Никаких.
— Это как же так? — слегка опешил Ричард.
— Нет нужды, — кратко отрезала девушка.
Оказалось, что пустыня считалась необитаемой. Люди, если и жили в тех краях, давно их покинули. Просторы сухих песчаных барханов стали прибежищем всяческих хищных тварей, которые и стерегли рубежи небольших государств Полуострова лучше всяких застав и кордонов. Пешком пробиться не смог бы никто; а любой автомобиль выследить с воздуха в пустыне, как известно, пара пустяков…
Слева от машины мелькнула гордая шестиконечная корона красноватых, причудливо выветренных скал — словно монумент пустынному могуществу.
— Все! — вздохнула Лейта. — Теперь остается уповать на одну лишь удачу… Держи прямиком на юг, не ошибешься…
— Что-то ты не слишком разговорчива, — заметил Ричард, искоса взглянув на съежившуюся и нахохлившуюся, словно мокрый воробей, девушку.
— Безумие это все — с пустыней, — мрачно ответила воительница. — Валду-то что, он кого хочешь загипнотизирует, себя всяко спасет… Нас найдут самое большее через три часа.
Она оказалась не права. Их нашли уже через час. Блейд мог лишь догадываться, какие колоссальные силы всех сверхдержав брошены были на поиски. Наверняка они задействовали и искусственные спутники-шпионы; иначе беглецов было бы обнаружить куда сложнее.
Первой опасность заметила Лейта. Случайно взглянула в зеркало заднего вида — и испуганно вскрикнула, сама зажав себе рот ладошкой.
Над горизонтом висела настоящая туча вертолетов — не менее пяти десятков. И можно было не сомневаться, что это лишь первый эшелон.
Уйти было невозможно, спрятаться — тоже. Оставалось только одно — погибнуть с честью, не даться живой в руки торжествующих победителей…
— Ритшар… — с трудом выговорила Лейта. — Если они возьмут нас… Ты должен меня убить. Попасть к вердольцам — это хуже смерти.
— Погоди читать отходную, — отозвался Блейд. — Бой еще не проигран.
В пуленепробиваемом скафандре, при всех своих знаниях — дорогонько же он обойдется вердольцам!
Первый из вертолетов с ревом прошел над самой кабиной. Остальные же, не трат время на всякие там сентиментальные условности вроде «стой! стреляю!», сразу, без предупреждения, открыли огонь.
Справа, слева, спереди взметнулись высокие фонтаны песка; в верхушки барханов впились короткие молнии управляемых ракет. Блейд резко затормозил.
— Из машины! — рявкнул он так, что оглушенная Лейта невольно присела.
Едва не опрокинув грузовик, Ричард остановил его возле короткого огрызка красной скалы, торчавшей из песка, точно сломанная кость неведомого ящера. Разведчику несказанно повезло — возле основания скалы он увидел черную дыру входа в пещеру.
Валд уже выпрыгивал из кузова, сбрасывая вниз оружие. Лицо гипнотизера вытянулось, заострилось, но оставалось спокойным.
— Прячьтесь! — скомандовал Ричард. — Эти игрушки, — он кивнул на автоматы, — здесь не помогут. Оставьте это дело мне.
Валд спокойно кивнул; приобнял за плечи Лейту и бережно повел девушку к низкой арке входа.
Ричард прикинул на руке автомат, поднял его и от души угостил самый наглый из вертолетов короткой очередью. Ответом ему стал настоящий огненный шквал. Попадания крупнокалиберных пуль заставляли его пошатнуться, однако он крепко держался на ногах. Ракета взорвалась в нескольких шагах от Блейда, по скафандру хлестнул упругий смертоносный ливень осколков. Смысл этой стрельбы был Ричарду не совсем понятен — если он нужен живым, зачем весь этот фейерверк? А если с ним хотят покончить — тут нужны средства несколько более мощные, калибром не ниже восьми дюймов…
В почтительном отдалении с грузовых вертолетов один за другим высаживались десантные взводы. Боевые же машины утюжили небо над головой Ричарда, не уставая поливать склоны бархана и скалу из пулеметов и скорострельных пушек. Блейду казалось, что он очутился на дне песчаного гейзера.
Наконец одному из пилотов надоела эта бесконечная карусель и он, выровняв машину, повел ее в лобовую атаку на разведчика, поднявшегося к тому времени на вершину скалы. Блейд вскинул автомат. Оружие задергалось, извергая поток пуль; прицел оказался точен. Лобовое бронестекло вертолета выдержало, но отказали нервы у летчика.
Вертолет резко отвернул, настолько резко, что другие машины не успели изменить направление своего полета. Одна из них оказалась прямо на пути неудачно атаковавшего вертолета; столкновение, скрежет, вой, грохот и, наконец, взрыв. В нескольких десятках шагов от Блейда вспыхнул диковинный железный костер.
И после этого остальные пилоты, похоже, просто осатанели. Один из вертолетов, узкий, длинный, черный, резко клюнул носом и пошел в атаку. Под короткими крыльями, очень напоминавшими акульи плавники, висели восемь коротких и толстых ракет; одна из них сорвалась с кронштейна…
Трудно понять, что спасло Блейда. Непонятная сила заставила его броситься на землю за считанные доли секунда до того, как ракета врезалась в камень у него за спиной. Ахнул глухой разрыв; Ричарда окутало горячее непроглядное облако.
Блейд поднял голову. В камне зияла глубокая дыра с гладкими, проплавленными краями, и тут ему впервые стало не по себе. В него выпустили управляемую ракету с настоящей кумулятивной боевой частью, причем очень высокой мощности. Примерно такими вот штучками русского производства, «саггерами» и «спиготами», египтяне остановили стремительный марш израильских танковых колонн на Каир осенью семьдесят третьего года… Эти заряды пробивают тридцатидюймовую стальную броню. Против них мог не устоять даже перенар.
«Опасность!»
Словно подтверждая мысли разведчика, прямо перед его глазами вспыхнула алая надпись.
«Опасность! Вероятна пробоина!»
«Ага! Проняло наконец!» — подумал Блейд с некоторым злорадством.
Вторая ракета прожгла камень совсем рядом с Ричардом. Невдалеке десантники уже разворачивались в боевые порядки.
«Все системы активированы» — вспыхнул алый транспарант прямо перед носом Блейда. Что?! Все системы активированы?! Ричард смотрел на свою левую руку, где полыхала всеми цветами радуга контрольная панель ручного управления. На лобовом стекле пролегли тонкие черные ниточки перекрестья.
Проклятье, значит, должно действовать и вооружение! Но где же его клавиша?! Разведчик наудачу ткнул пальцем в одну, на глаз показавшуюся самой зловещей — черные пятна на красном фоне.
Левая рука скафандра поднялась сама собой. Откинулись сдвижные крышки, и прямо в глаза окружавшим разведчика врагам глянули четыре черных дула. На первый взгляд они казались совсем крошечными, неопасными; где им было состязаться с мощными ракетами, запросто обратившими бы в костер самый тяжелый из существующих танков!
Одна из черных винтокрылых машин выходила в новую атаку. Блейд уже чувствовал лежавшие на кнопке «огонь» пальцы пилота; легким движением головы он поймал вертолет в перекрестье прицела и вторично надавил черно-красную клавишу.
Левая рука повернулась сама собой, точно наводящаяся на цель пусковая установка. Из все четырех дул вырвались тонкие нити огня, ударившие прямо в основание винта атаковавшей машины. Вспышка, грохот — винт полетел в одну сторону, а сам вертолет, словно смертельно раненая акула, брюхом вспахал песчаную дюну, с тем чтобы исчезнуть в клубящемся облаке огненного взрыва. Оружие перенара обладало колоссальной мощью.