Видимо, находясь еще под мрачным впечатлением недавнего вооруженного инцидента на индийско-китайской границе, Неру, питая глубокое отвращение к войне как средству разрешения спорных вопросов, заявляет в Москве: «Уважая все страны, я все же должен сказать, что в наше время, в наш век выступить с войной против кого-либо является последней глупостью. Сейчас, когда в каждой стране так много предстоит сделать, когда остаются неисследованными огромные возможности, было бы нелогично, неправильно, неразумно и глупо начинать войну».
Неру высоко оценивает советскую экономическую помощь Индии, подчеркивая, что самым дорогим приобретением своей страны он считает нерушимую дружбу с Советским Союзом и взаимопонимание двух народов.
Для продолжения и последующего укрепления двусторонних контактов на высшем уровне правительство Индии приглашает Председателя Президиума Верховного Совета СССР Л.И.Брежнева посетить в ближайшие месяцы Индию.
Неру возвратился в Дели 11 сентября. Из различных и вполне надежных источников к премьер-министру стекалась обширная информация о военных приготовлениях Китая на границе с Индией. Определенные политические круги, используя в своих интересах позицию Пекина, разжигали среди населения страны антикоммунистические настроения; на политическую арену снова вышла военизированная организация индуистских коммуналистов «Раштрия сваямсевак сангх», которая нагнетала обстановку шовинистического угара, выступая с безответственными воинствующими призывами. РСС и стоящие за ней силы заметно осложняли правительству возможность разумного урегулирования конфликта с Пекином.
Хотя Неру отдал все необходимые распоряжения министру обороны Кришне Менону, чтобы страна не была застигнута врасплох в случае китайской агрессии, он все еще надеялся предотвратить военные действия на границе и уладить разногласия мирными средствами.
Индийский премьер продолжал настаивать на принятии КНР в члены ООН, помимо всего прочего, полагая, что в этом случае китайские руководители вынуждены будут в большей степени считаться с мнением международного сообщества и острее почувствуют свою ответственность за судьбы мира.
Помыслы Неру устремлены на разрешение основных международных проблем, среди них — запрещение ядерного оружия и разоружение.
Энтузиазм, с каким он отстаивал дело мира, поражал и друзей и врагов. Только за два месяца — октябрь и ноябрь 1961 года Неру посетил ряд стран: в Вашингтоне он вел переговоры с президентом США Д.Кеннеди, в Лондоне — с премьер-министром Г.Макмилланом, в Каире снова встречался с Г.А.Насером и И.Б.Тито, выступал на Генеральной Ассамблее ООН, совершил официальный визит в Мексику. В этот же период глава индийского правительства принимал в Дели председателя Государственного совета Польши А.Завадского, премьер-министра Японии X.Икеда, беседовал с иностранными послами и членами многочисленных зарубежных делегаций, посещавших Индию. Особенно приятным событием в эти дни для Неру стал приезд в Индию первого человека, поднявшегося в космос, — Юрия Алексеевича Гагарина.
Неру, ровесник авиации, еще в школьные годы мечтал о том времени, когда человек освоит воздушное пространство. В его памяти запечатлелись полеты первых летательных аппаратов. Братья У. и О. Райт, совершившие в 1903 году полет на самолете с двигателем внутреннего сгорания, француз Л.Блерио, перелетевший в 1909 году пролив Ла-Манш, прославленные русские авиаторы Д.П.Григорович, В.А.Слесарев, П.Н.Нестеров — все они были его кумирами.
А теперь Неру внимательным и добрым взглядом изучает сидящего в его гостиной молодого человека в белом кителе майора Советской Армии Юрия Алексеевича Гагарина. Открытое русское лицо с обаятельной покоряющей улыбкой, пытливые, чуть озорные глаза... Этому парню из семьи смоленских колхозников выпало на долю первому разорвать путы земного притяжения и проникнуть в космическое пространство.
Неру угощает гостей цветочным чаем, выращенным в предгорьях Гималаев, сам разливает его по чашкам.
— Как вы относитесь к чаю? — спрашивает он Валентину Ивановну, супругу Ю.А.Гагарина.
Застенчиво улыбаясь, она говорит, что у нее на родине чай издавна является любимым напитком.
— Да, это так, — подтверждает Юрий Алексеевич. — С расширением торговли между нашими странами советские люди уже привыкли к прекрасному вкусу индийского чая.
Неру интересуется деталями космического полета. Слушая рассказ космонавта, он замечает, что первооткрывателям всегда и во всем приходится рисковать.
— Любое новое дело связано с известным риском, — соглашается Ю.А.Гагарин. — Сколько летчиков пожертвовало своими жизнями, пока самолеты не стали надежными машинами. Но авиация была нужна людям, и сейчас она хорошо служит им. Космонавтика тоже необходима человечеству, без ее развития вряд ли возможен дальнейший прогресс. Что же касается моего полета, — улыбается Гагарин, — то откровенно скажу вам, господин премьер-министр, что риск был невелик: у нас отличная космическая техника, и все системы корабля «Восток-1» были тщательно испытаны еще на Земле.
Скромность космонавта импонирует премьер-министру. Однако он представляет себе всю сложность создания надежной системы жизнеобеспечения человека в космосе.
— Не трудно ли было дышать во время космического полета? — спрашивает Неру гостя. — Космонавтика и авиация сравнимы лишь отдаленно, но, увлекаясь планерным спортом, я по себе знаю, как уже на высоте пяти-шести тысяч метров начинаешь испытывать кислородное голодание.
— Без решения этой проблемы был бы невозможен полет в космос, — говорит Юрий Алексеевич. Он отвечает на другие вопросы премьер-министра, рассказывает ему о состоянии, которое испытывает космонавт при огромных перегрузках в минуты преодоления сил земного притяжения; образно описывает невесомость, восторгается тем, как выглядит из иллюминатора космического корабля голубая красавица Земля...
Советско-индийские связи с каждым годом становились все прочнее и разностороннее. 15 декабря 1961 года произошло знаменательное событие в летописи отношений двух стран: в Индию с официальным визитом прибыл Председатель Президиума Верховного Совета СССР Леонид Ильич Брежнев.
По случаю приезда главы Советского государства все магистрали индийской столицы украшены советскими и индийскими государственными флагами, по пути следования высокого гостя сооружены приветственные арки, увитые гирляндами. Десятки тысяч индийцев вышли на улицы столицы, чтобы встретить посланца дружественного Советского Союза.
«...Обмен визитами стал уже традицией в отношениях между нашими странами, — сказал Л.И.Брежнев во время митинга на аэродроме в Дели. — Это очень хорошо. Жизнь показала, что каждый такой визит означает какой-то новый шаг вперед на пути углубления взаимопонимания между нашими странами и развития сотрудничества между народами Индии и Советского Союза — к немалой пользе для обеих сторон и для дела всеобщего мира... Свой приезд к вам мы рассматриваем как визит мира, дружбы и доброй воли в самом полном значении этих слов»[78].
В тот же день Джавахарлал Неру встретился с Л.И.Брежневым в президентском дворце. И хотя их совсем недавняя встреча в Москве еще была свежа в памяти, накопились уже новые вопросы, которые нужно было обсудить.
Внешнеполитическая обстановка складывалась тогда для Индии не вполне благоприятно: все более возрастала военная угроза со стороны Пекина; Пакистан, опираясь на поддержку США и Англии, усиливал напряженность вокруг Кашмира; не прекращались попытки западных держав подчинить Индию своим военно-стратегическим и политическим планам; португальские колонизаторы отказывались вести переговоры об освобождении удерживаемых ими индийских территорий Гоа, Диу и Дамана.
Для индийского премьера важно было знать мнение советского руководства по многим волновавшим Индию международным вопросам. От отношения к ним Советского Союза зависело многое.
78
«Правда», 1961, 16 декабря.